В этом нет сомнения

– Мой дорогой мальчик! – загудел тот, с неожиданным для него проворством бросаясь ко мне. – Не могу вам сказать, насколько я взволнован этой встречей! Я видел столько картин с вашим участием! Какой талант! «Шериф из Икс-ранчо»… Я был потрясен! – Он схватил мою руку и пожал ее. – Я счастлив, я бесконечно счастлив нашему знакомству!

– Благодарю вас! – сказал я, не поверив ни одному слову из этой тирады.

– Чарльз! Вы напрасно тратите время!

Толстяк замер:

– Да-да, конечно… – Он виновато улыбнулся ей.

Я заметил, что у него на лбу выступили крохотные капельки пота.

– В таком случае приступайте! – Она двинулась к выходу. – Позвоните, когда закончите.

Мы с Чарльзом оба наблюдали, как она уходила. Потом, когда дверь задвинулась, я спросил:

– В чем должно выражаться мое «сотрудничество»?

– Садитесь, пожалуйста, мистер Стивенс.

Он открыл косметичку. Там был полный набор грима. Он достал какие-то инструменты, палитру и карандаш.

– Я должен измерить ваше лицо, мистер Стивенс. Заранее прошу извинения за некоторые неудобства.

Я держал голову совершенно неподвижно, пока он производил свои измерения, записывая цифры на клочке бумаги.

Когда он наклонился, чтобы измерить у меня лоб, переносицу, брови, я услышал его тихий шепот. Между громкими фразами он ухитрился кое-что прошептать:

– Потрясающие глаза, в них чувствуется незаурядная личность. МЕНЯ ПОХИТИЛИ. КТО ЭТИ ЛЮДИ? Мистер Стивенс, у вас необычайно правильные черты лица.

Я понял, что этот немолодой человек был в таком же затруднительном положении, как и я. Его похитили для того, чтобы он превратил меня в сына Харриет.

– Не знаю, – прошептал я, – меня тоже похитили. Требуют, чтобы я играл роль ее сына.

Затем, посмотрев поверх его головы, когда он измерял мое левое ухо, я увидел, что в комнату неслышно вошел Маззо.

Чарльз, заметив, как изменилось выражение моего лица, оглянулся через плечо, и я почувствовал, как задрожало его тучное тело.

– Ах, Маззо! – воскликнул он тонким, пронзительным голосом. – Я закончил… Все будет отлично!

Маззо вошел в комнату, на руке у него висели какие-то вещи.