У мертвых не спросишь

Он старался держать себя в руках, и я скорее ощутил его напряжение, чем что-то заметил, но факт оставался фактом – он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– Непохоже, чтоб она с кем-то якшалась. Всегда держалась особняком.

– Может, у нее был приятель, почем вам знать? – вмешался Берни. – Вам же она не докладывала.

Бармен смерил его хмурым взглядом:

– Может, и так. А с чего вам вздумалось ворошить старую историю?

– Хотим выяснить, куда она пропала, – пожал я плечами.

– Копы, значит, ничего не раскопали, а вы сможете? – Он поднял на меня глаза и сразу же отвернулся, но я успел заметить странную гримасу, на мгновение исказившую его лицо.

– Мы из тех ребят, которые Шерлока Холмса за пояс заткнут, – самодовольно хохотнул Берни. – Вы бы удивились, узнав, сколько дел удалось нам раскрыть. Мы иногда сами этому удивляемся. Копы нас ценят и от нашей помощи никогда не отказываются.

– Правда, что ли? Стальные челюсти вам понадобятся, чтобы разгрызть этот орешек, – мрачно отрезал бармен, вышел из-за стойки и плюхнулся на стул в дальнем конце бара, снова развернув газету.

– Не подскажете, где находится клуб «Флориан»? – спросил я, покончив с виски.

– Через сто ярдов, с правой стороны улицы, – процедил бармен, не отрываясь от чтения.

– Не больно-то он дружелюбный, ты заметил? – вполголоса пробормотал Берни, когда мы выходили из бара.

– Я заметил, что он напуган до чертиков.

Дверь бара захлопнулась за нами с глухим шлепком.

– Подожди-ка секунду. – Прильнув к стеклянной дверной панели, я попытался разглядеть, что происходит внутри. – Он звонит по телефону.

– Да решил небось поставить доллар-другой на лошадь.

– В такой-то час? – скептически хмыкнул я. – Ну-ну. Ладно, давай где-нибудь перекусим.

Тревожные мысли крутились в моей голове, пока мы шли по вестибюлю и спускались по лестнице на улицу.

– Кажется, я напортачил с этим барменом. Знал бы я, что он так отреагирует, не стал бы упоминать «Криминальные факты».

– Это как – «так»? – удивился Берни. – Подумаешь, уронил мужик стакан – со всяким может случиться. Приветливостью он не отличался, это точно – ну, физиономии наши ему не понравились. У некоторых типов дурной вкус.

– А может, ты прекратишь молоть чепуху и дашь мне подумать? – оборвал я его.

– Хорошо, хорошо, – с наигранным смирением прогнусавил Берни. – Кому ж и думать, как не тебе.