Ухо востро

Но девушка сумела сохранить невозмутимый, неприступный вид.

Они долго смотрели друг на друга, а потом Джонни провел большим пальцем по подбородку, хмыкнул и повернулся к Марте.

– Похоже, мне у вас понравится. – Усмехнувшись, он принялся расстегивать двубортный пиджак. – Ф-фух! Ну и жарища! Видели, какую красотку я вам пригнал? Сходите посмотрите. Стального цвета, стоит внизу.

Марта, с трудом поднявшись на ноги, подошла к перилам террасы. Генри последовал за ней. Все трое глянули вниз на «кадиллак-флитвуд-брогэм», припаркованный у входа в гостиницу.

Марта присвистнула.

– Черт! Во сколько он мне обошелся? – сердито осведомилась она, развернувшись к Джонни.

– Две тысячи восемьсот долларов, – ответил парень. – Считайте, что даром. Смогу продать за четыре тысячи. Так что вы ничего не потеряете.

Марта, прищурившись, снова вгляделась в машину и почувствовала, как по заплывшей жиром спине бегут взволнованные мурашки. Вот это тачка! Томясь в тюремной камере, она частенько мечтала о подобном автомобиле.

– Уверен? Точно сможешь продать за четыре?

Джо покосился на Марту, взгляд его стал жестким.

– Я попусту не болтаю.

Внимательно посмотрев на него, Марта удовлетворенно кивнула. Похоже, Эйб не ошибся. Парень непростой, но для дела подходит как нельзя лучше, а там хоть трава не расти.

– Выпьешь, Джонни?

Он покачал головой:

– Я не пью. – Сняв пиджак, парень повесил его на шезлонг, а потом уселся сам.

– Поговорим о деле. Пожилой… то есть полковник уже кое-что рассказал, но только в общих чертах.

Втиснув огромную тушу в соседний шезлонг, Марта расслабилась и запустила пальцы в коробку конфет. Генри присел рядом. Джильда поплотнее запахнулась в пеньюар – так, чтобы подчеркнуть фигуру, – и осталась стоять у перил.

Джонни посмотрел на нее.

– Разве мисс Риголетто не с нами? – спросил он.

– Да, разумеется. Сядь-ка, Джильда, – скомандовала Марта, хлопнув по шезлонгу.

– Вы болтайте, а я пойду купаться, – сказала Джильда и ушла с террасы, даже не глянув на Джонни.

Допив остатки пива, Эл Барни нетерпеливо елозил бокалом по столу, пока не подошел бармен.

– У меня от этого всего жажда разыгралась, – объяснил Эл, перехватив мой взгляд. – В горле чешется, на задней стенке.

Я сказал, что прекрасно его понимаю.

– Ну, мистер, пора бы вам узнать, как Марте пришла в голову мысль о таком нешуточном деле, – продолжил Эл, как следует приложившись к кружке.