Ударь по больному

Неспешно я пересек набережную и остановился перед захватанной пальцами стеклянной дверью с приклеенным объявлением: «Только для цветных собратьев. Белым вход воспрещен. Ясно?»

После недолгого раздумья я решил, что этот гадюшник может оказаться настоящим осиным гнездом и соваться сюда рановато. Для начала надо разжиться кое-какой информацией. Я вернулся к машине, где меня дожидался Билл.

– Только для черных, – сообщил я ему. – Оставайся здесь. Засеки, как долго она проторчит в «Шкатулке». А я погуляю тут, попробую что-нибудь разузнать.

Через плотный поток гуляющих по набережной я протолкнулся к бару «Нептун», где рассчитывал найти Эла Барни. Как неизменный атрибут причала, мой старый знакомый сидел на кнехте и хмуро глядел на море, вертя в руке пустую банку из-под пива.

Здесь, в гавани, Эла Барни считали старейшиной. Сам Эл не без оснований утверждал, что он «тот, у кого всегда ушки на макушке». Он был в курсе едва ли не всех темных делишек портового района города. Лысеющий, в грязной толстовке, драных парусиновых штанах, он сидел, как бы держа на коленях свое необъятное пивное брюхо.

Помимо сбора информации, в жизни его интересовали лишь пиво да сосиски, густо облитые неким жутким соусом: у любого нормального человека от него задымился бы рот, а Барни в нем души не чаял. Наше агентство частенько прибегало к услугам толстяка: детективы угощали его пивом, он же делился полезной информацией.

Едва завидев меня, Барни швырнул пустую банку в море. Рот его растянулся в улыбке и стал похожим на акулью пасть.

– Рад видеть вас, мистер Уоллес, – сказал он. – Несказанно рад. Я как раз подумывал, не пора ли завтракать… – Он задумчиво взглянул на меня. – А вы как насчет того, чтобы перекусить?

– Пойдем в «Нептун», – предложил я. – Я угощу тебя завтраком и пивом.

– Вот слова истинного джентльмена, – заметил Барни.

Он с усилием поднял грузное тело с кнехта и вразвалочку направился через набережную к бару «Нептун». Я – за ним.

Зайдя в тускло освещенное обшарпанное помещение бара, Барни махнул Сэму, чернокожему бармену:

– Завтрак, Сэм! И желательно поскорее.

– Хорошо, мистер Барни, сэр, – отозвался Сэм и ослепительно улыбнулся мне. – А вам, мистер Уоллес? Кофе или что-нибудь еще?

По опыту мне было известно, какой отвратный кофе готовит Сэм, и покачал головой:

– Может, попозже, Сэм. Я только что позавтракал.

Барни уже устроился за своим любимым столиком в углу. Я присоединился к нему.