Теперь ему ничего не нужно

Казалось, он еле сдерживается. Невысокий махнул в его сторону рукой.

– Не так быстро, – произнес он. – Нам необязательно прессовать этого болвана.

Даффи подумал, что все они ненормальные, и пожалел, что не успел допить фляжку. Клайв отступил в сторону и сердито уставился на фотографа.

– Пора шевелить мозгами, вундеркинд, – сказал невысокий, не сводя с Даффи тяжелого взгляда. – Мы пришли за камерой.

Даффи сдвинул шляпу на затылок и шумно выдохнул. «Вон оно что!» – подумал он, подошел к сервировочному столику и взял бутылку скотча.

– Вам плеснуть, джентльмены? – спросил он.

В руке у Клайва появился пистолет. Даффи удивленно посмотрел на него и обратился к невысокому:

– Скажи своему петушку, чтобы убрал пушку, пока никто не пострадал.

– А если кто и пострадает – что с того? – произнес невысокий.

– Пусть этот придурок спрячет пугач, – резко сказал Даффи. – Иначе я сделаю это за него. Еще и уши ему пообрываю.

Клайв издал высокий звук, похожий на лошадиное ржание. Казалось, с ним вот-вот случится припадок.

– Убери пушку, – скомандовал невысокий.

Молодой медленно повернул голову и посмотрел на невысокого.

– Я его пристрелю! – взвизгнул он.

– Повторяю – убери пушку, – сказал невысокий, удивляясь, что его не поняли с первого раза.

Клайв помедлил, моргнул и сунул пистолет в задний карман брюк. Он нерешительно стоял на месте, трогая полы пиджака. Затем его лицо сморщилось, словно каучуковая маска, и он внезапно расплакался.

Невысокий вздохнул и произнес, обращаясь к Даффи:

– Видишь, как ты его расстроил.

Даффи бросил шляпу на канапе и провел пальцами по волосам.

Здоровяк отошел от окна, приблизился к Клайву и погладил его по голове. Он ничего не говорил, просто стоял и водил по голове молодого тяжелой ладонью.

Невысокий поерзал в кресле.

– Ну перестань. Я не хотел тебя обидеть, – произнес он.

Клайв убрал руки от лица и шмыгнул носом.

– Но не таким же тоном, – сказал он.

– Конечно, конечно. – Невысокий улыбнулся, не разжимая губ. – Извини. Что мне еще сказать? «Извини» – этого достаточно.

– Меня расстроили не слова, а твой тон, – сказал Клайв, не сводя глаз с невысокого.

– Знаю. То, как я говорил, верно?

Клайв снова расплакался.