Так устроен мир

 – А что с ним?

Пальцы Дюка, все в никотиновых пятнах, забарабанили по столу.

– Кто-то нагнал на него страху. Я думал, может, ты что знаешь.

Шульц задумчиво ущипнул себя за губу.

– Тут я тебе не помощник, – неторопливо сказал он. – Давай лучше про орхидеи расскажу.

– Кто о чем, а вшивый о бане, – усмехнулся Дюк. – Не юли, я такого не люблю.

Шульц промолчал.

– Это, случаем, не Спейд? – спросил Дюк, выдержав паузу.

Толстяк закрыл глаза. Казалось, он слышит это имя впервые.

– Говоришь, Беллмана припугнули? А я и не знал.

– Не съезжай с темы. Давай про Спейда. Слыхал про такого, Пол?

Шульц бросил взгляд на Дюка. Убедился, что тот не шутит, и снова закрыл глаза.

– Ну, слыхал. А кто не слыхал? Но это не значит, что…

– Сдается мне, эта контора принадлежит Спейду, – произнес Дюк. – Но я могу ошибаться. Что скажешь?

Толстяк подался вперед, сгреб стопку в пятерню, отпил половину. Дюк подумал, что Шульц, с его попугайским клювом вместо рта и глазами-блюдцами, похож на осьминога.

– Ошибаешься, и сильно. – Шульц поставил стопку на место. – Это моя контора – пять лет, как выкупил. Интересно, с чего ты…

– Так уж мозги устроены – то и дело ошибаюсь. Прикинь, как матушка за меня переживала.

– По поводу Беллмана ты тоже не прав, – сказал Шульц. – Я видел его на днях, отлично выглядит. Непохоже, что боится.

– Зайду-ка я к нему, проведаю. – Дюк допил виски и встал. – Он предлагает мне работу в «Ше Паре». Думает, если я буду там тереться, лохи накинутся на его катушки.

Круглые глаза Шульца остекленели, рука застыла на полпути к выпивке. Толстяк посмотрел на Дюка снизу вверх.

– Мне птичка напела, что смышленый парень заезжать туда не станет, – сказал он.

Дюк внимательно посмотрел на Шульца:

– Твоя птичка, случайно, не с южным акцентом поет?

Шульц с хлюпаньем всосал виски. Казалось, его вот-вот хватит удар. Спустя мгновение он взял себя в руки и покачал головой:

– Ничего подобного. Ты о чем?

– О птичке, что спела для меня, – холодно сказал Дюк.

– На твоем месте я бы забыл про Беллмана. Ты только что бабла срубил. Поезжай отдохни. Тебе на это одних процентов с выигрыша хватит. На солнце поваляешься, воздухом подышишь.

Дюк оперся о стол и наклонился к Шульцу.

– Послушай, Пол, – серьезно сказал он. – Чего боится Беллман? Не виляй, мы же давно работаем вместе.

Шульц побледнел:

– Говорю же, у него все в порядке. Тебе, Гарри, я не стал бы врать.

– Ладно, – выпрямился Дюк.