Сильнее денег

Желающих много, и не исключено, что нам будет трудно или даже невозможно принять ее.

– Спасибо. Буду иметь в виду.

Доктор Клинци подал мне холодную белую руку, словно оказывал величайшую милость, а затем медсестра проводила меня до двери.

По дороге в меблированные комнаты я обдумывал все сказанное доктором и впервые в жизни пожалел, что не располагаю хотя бы некоторой суммой денег. Но была ли у меня хоть тень надежды раздобыть где-нибудь нужные пять тысяч? Если бы я с помощью чуда достал их и заплатил за лечение Риммы, она, а вместе с ней и я вскоре оказались бы на вершине славы.

Размышляя, я медленно шел по улице, пока не поравнялся с большим магазином патефонов и радиоприемников. Я остановился у витрины и стал рассматривать яркие конверты с долгоиграющими пластинками, представляя, как выглядела бы Римма на одном из них. В глаза мне бросилось висевшее за стеклом объявление: «Запишите свой голос на ленту! Трехминутная запись – 2 доллара 50 центов. Носите свой голос в кармане, чтобы удивлять друзей!»

У меня тут же возникла идея.

Если записать голос Риммы на пленку, можно будет не опасаться повторения того, что случилось в «Голубой розе». Мне останется лишь прокручивать ленту, и, может, кто-нибудь все же заинтересуется и одолжит мне деньги для лечения Риммы.

Я поспешно направился в пансион.

Римму я застал уже одетой. Она сидела у окна и курила. Девушка повернулась ко мне и ожидающе взглянула на меня.

– Доктор Клинци утверждает, что он может излечить тебя, – сказал я, усаживаясь на кровать.

Римма сморщила нос, пожала плечами и снова уставилась в окно.

– Ничего невозможного нет, – продолжал я. – У меня появилась идея. Мы запишем твой голос на ленту. Не исключено, что кто-нибудь из тех, кто выпускает пластинки, послушав твой голос, даст денег. Пошли.

– Ты совсем сошел с ума. Никто тебе таких денег не даст.

– Предоставь это решать мне. Пошли. Мы исполним «Некоторые дни», – сказал я по пути в магазин. – Ты знаешь эту вещь?

Римма ответила, что знает.

– Петь надо как можно громче и быстрее.

Продавец магазина, проведший нас на студию звукозаписи, выглядел неприветливым и скучающим. Он, несомненно, видел в нас чету бездельников, которые от нечего делать решили выбросить на ветер два доллара пятьдесят центов и только зря отнимали у него время.

– Мы вначале прорепетируем, – заметил я, усаживаясь за пианино. – Громко и быстро.

Продавец включил звукозаписывающий аппарат.