Репортер

Именно в этот момент Кейд забыл, что она красавица, и почувствовал ее непреодолимое сексуальное влечение. Он почувствовал, как кровь в жилах потекла быстрее, а сердце забилось тревожно.

– Вы действительно это сделали? – произнес он немного взволнованным голосом. – Но почему?

Она посмотрела мимо него на голубой Тихий океан, а затем спросила с загадочной улыбкой:

– Вы не скажете, который час?

– Который час? – Пару секунд он мог лишь тупо глазеть на нее, а затем поспешно посмотрел на часы. – Без двадцати минут два.

– О боже! – Она вскочила и схватила полотенце, на котором лежала. – Я должна идти. Он ненавидит ждать. Я не знала, что уже так поздно.

– Кто? Не уходите! Постойте…

Но она уже бежала по песку. Она делала это невероятно грациозно и легко, напоминая юношу. У нее были широкие плечи, узкая талия, а попка маленькая и упругая – совсем не такая, как у большинства мексиканских женщин.

Кейд все еще стоял на коленях в песке, провожая ее взглядом, пока она не скрылась из виду. Кейд влюблялся десятки раз, но это было нечто новое.

Чувство было тревожным, даже немного болезненным. Он вдруг обнаружил, что ему изменяет прежняя уверенность в себе.

Поменяла номер? Она не шутила?

Он взял фотоаппарат и направился в отель. На полпути через мостик он остановился и посмотрел в сторону ресторана, расположенного на открытом воздухе, под соломенным навесом. Почти все столики были заняты. Мексиканские официанты, разносившие подносы с экзотическими яствами, двигались между столами с точностью смазанных маслом, хорошо отлаженных машин.

Толстые американки, одетые в украшенные цветами гротескные шляпы, в купальниках со скрытыми в них корсетами нависали над своими тарелками. Волосатые старики в плавках – у многих животы лежали на коленях – весело перекрикивались со своими знакомыми за другими столиками.

Наконец Кейд увидел ее. Она сидела в ресторане с высоким худощавым мексиканцем – мужчиной лет шестидесяти пяти с тонким аристократическим лицом, густой седой шевелюрой и строгим взглядом голубых глаз.

На нем был безупречный блейзер, какие носят яхтсмены, белые фланелевые брюки, белая шелковая рубашка и клубный галстук – настоящий анахронизм среди буйства раздетой плоти вокруг.

Кейд уставился на мужчину, а затем с внезапно возникшим чувством подавленности пошел дальше через мостик. Он намеренно сделал крюк, чтобы пройти подальше от их столика. Он планировал пообедать, но теперь уже не чувствовал голода. Вместо этого он поднялся в свой номер.