Поверив этому, поверишь чему угодно

Послушай, Билл, давай я сейчас приведу в порядок свой стол, и мы поедем ко мне – выпьем и поужинаем. Хочу, чтобы ты познакомился с Родой, моей женой.

– Отлично. Мне еще нужно сделать парочку вещей, и я буду свободен.

Рода всегда оживлялась, когда у нас были гости. Она и Олсон сразу поладили друг с другом. Я видел, что он был впечатлен ее внешностью и тем, как она одета. Разбавляя мартини, я не без иронии подумал о том, как он был бы потрясен, если бы увидел ее в выходные, когда она слонялась по квартире без макияжа, – волосы на голове как воронье гнездо, в поношенных джинсах и в еще более поношенном свитере.

Когда я наливал напитки, Олсон небрежно сказал:

– Ты когда-нибудь еще видел Вэл после того, как она ушла от нас?

Рука дрогнула, я немного пролил мимо стакана и, не поднимая глаз, сказал:

– Нет, ничего не слышал о ней.

Рода потянулась за арахисом.

– Кто такая Вэл? – с любопытством спросила она.

Олсон усмехнулся:

– Вы хотите сказать, что ваш муж никогда не рассказывал вам о Вэл Дарт?

– Он никогда ничего мне не рассказывает.

– Это ты считаешь, что я никогда ничего тебе не рассказываю, – сказал я, передавая Олсону его бокал, – а на самом деле ты никогда не слушаешь, что я тебе говорю.

– Только не говори, что рассказывал мне о ней, потому что я знаю, что ты ничего не рассказывал! – Теперь в ее голосе зазвучала досада.

– Она все равно тебя не заинтересует.

Мы выпили, потом Олсон сказал:

– А какая секретарша! Умная, великолепная девушка, очень деловитая – просто счастье было работать с ней!

Я видел, что Роде это не по нутру. Она всегда ощетинивалась, если при ней хвалили другую женщину.

В упор посмотрев на меня, она сказала:

– Держу пари, что ты любил ее.

– Неужели?

Я подошел к окну и посмотрел вниз на канал. Да, я любил ее, несомненно. Я все еще любил ее.

– Честно говоря, я не знаю, почему Клей женился на мне, – сказала Рода Олсону. – Он всегда говорит, что я совсем не деловитая. Он с утра до вечера ко мне придирается. Жаль, что он не женился на этой Вэл, которая такая великолепная и деловитая.

Нотка горечи в ее голосе заставила Олсона почувствовать себя неуютно.