Лапа в бутылке

Где живешь-то? – снова спросил Гарри, легонько подтолкнув ее в салон.

– Фулэм-Пэлэс-роуд, – сказала она, устраиваясь на широком удобном сиденье.

– Что у тебя – квартира, комната? – Он уселся за руль и нажал ногой на стартер.

– Отдельная квартира.

– Одна снимаешь или с кем-то?

– Одна. Что-то больно ты любопытный.

– Ну да, как сорока… – со смехом ответил Гарри и быстро повел машину по пустынным улицам. Оба больше не проронили ни слова, пока не остановились напротив ее дома, и он сказал: – Здесь? Отлично.

– Никуда ты не зайдешь и чаю не получишь, – огрызнулась Джули. – А если хочешь получить назад свои кольца, придется заплатить.

Он резко повернулся взглянуть на нее: губы растянулись в улыбке, но глаза смотрели жестко.

– Но я хочу поговорить с тобой, а здесь неудобно. Будь умничкой, пригласи меня в гости.

– У меня нет привычки приглашать мужчин к себе в такой поздний час. За кольца я хочу пятьдесят фунтов, и, пока не заплатишь, колец тебе не видать.

Он негромко присвистнул.

– Побойся бога, крошка. Пятьдесят! Да эти железки столько не стоят.

– Они стоят тысячу, и ты это прекрасно знаешь. Деньги можешь принести завтра утром, иначе я их сама продам. – Джули рывком распахнула дверь, успела выскочить из машины, взбежать по ступенькам и открыть дверь квартиры, прежде чем Гарри опомнился.

– Эй, Джули! – крикнул он из машины.

– Завтра утром, иначе тебе их не видать! – победно бросила она и захлопнула за собой дверь.

IV

Гарри не уезжал достаточно долго. Дождавшись, когда зажегся свет в окне первого этажа, он улыбнулся своим мыслям, запустил двигатель и быстро покатил по улице. Район был ему хорошо знаком, и он знал, что поблизости имеется круглосуточный гараж. Он оставил там машину и пешком вернулся к квартире Джули. Несколько минут постоял, оглядывая улицу. Шел четвертый час ночи, и лишь бродячая кошка привлекла его внимание. Затем, двигаясь легко и уверенно, он перемахнул через железное ограждение цокольного этажа, ухватился за водосточную трубу и поднялся на подоконник Джули.

Гарри сдвинул в сторону штору. Комната, в которой он очутился, была просторной, убого обставленной и неуютной. Лампа у кровати бросала розоватый свет на безвкусные обои и ветхую мебель. Дверь в конце комнаты была полуоткрыта.