Негде спрятаться золотой рыбке

Однако я был уверен, что его банковский счет выглядит получше моего.

Остановившись возле дома Уолли, я с удивлением увидел, что в окнах нет света. Взглянул на часы. Было всего лишь начало десятого. Я вышел из машины, открыл калитку, подошел к двери, нажал на кнопку звонка, подождал. Ничего не произошло. Я позвонил снова.

– Их нет дома, – раздался чей-то голос.

Я обернулся. У калитки стоял пожилой мужчина с собакой.

– У них беда, – продолжил он. – Вы друг мистера Митфорда? Я его сосед.

Я подошел к калитке:

– Меня зовут Стив Мэнсон. Беда?

– Я читал про вас, мистер Мэнсон. У вас отличный журнал. Да, настоящая беда. На несчастного Уолли напали грабители. Его увезли в больницу.

По спине у меня снова прошел холодок.

– Его сильно избили?

– По-моему, да. Полицейские вызвали «скорую». Миссис Митфорд уехала вместе с ним.

– В какую больницу?

– В Северную.

– Можно от вас позвонить?

– Конечно, мистер Мэнсон.

Через две минуты я разговаривал с Джин:

– Митфорда избили. Он в Северной больнице. Вы не могли бы приехать? Ширли наверняка понадобится помощь.

– Сейчас буду, – сказала она и повесила трубку.

Я думал, что Джин приедет позже меня, но у больницы мы оказались одновременно. Наверное, ее «порше» был помощнее моего «мерседеса». Она вышла из машины, и мы мрачно переглянулись.

– Он совсем плох?

– Не знаю. Давайте выясним.

Оказалось, что в тот вечер дежурил доктор Генри Стэнстед, мой приятель по игре в гольф.

– Что скажете, Генри? – спросил я, заглянув в ординаторскую.

– Дело плохо. Эти подонки на нем живого места не оставили. Сломана челюсть, треснули четыре ребра. И его по меньшей мере трижды ударили ногой по голове.

– А Ширли?

Он кивнул на дверь:

– Там. Послушайте, Стив, сегодня у нас напряженная смена.

– Для того и приехали. – Я повернулся. – Джин?..

Она кивнула и скрылась за дверью.

– Он выживет?

– Да, но ближайшие дни будут сложными. Не исключено, что он ослепнет на один глаз.

– А что полиция?

– Взять показания можно будет дней через пять. В лучшем случае через четыре. Раньше он не заговорит.

Джин вывела из комнаты Ширли, дрожащую, зареванную.