Минутная слабость

Мистер Барнетт уехал, вы беспокоитесь, не случилось ли с ним что-то. Я прав?

– Так вы знаете о моем муже?

– Я знаю кое-что обо всех наших гостях. Иначе как я мог бы помогать им?

– Он исчез. Я волнуюсь. Он отсутствует больше часа.

Дюлак покачал головой:

– Это большой срок. Надо обратиться в полицию.

Вэл вздрогнула. Дюлак поднял руку:

– Вы можете не бояться огласки. Если позволите, я все сделаю сам. Капитан Террелл, начальник полиции, мой хороший друг. Он все поймет; он предпримет необходимые шаги и будет действовать исключительно тактично.

Вэл сделала глубокий вдох:

– Спасибо. Да, конечно… Я полагаюсь на вас. Я вам очень признательна.

– Я сделаю все, что в моих силах, – сказал Дюлак, вставая. – А сейчас я советую вам пройти в ваш номер. Я пошлю к вам официанта с ланчем.

Он улыбнулся, заметив, что Вэл собирается возразить.

– Что-нибудь легкое, мадам, вы должны подкрепиться.

Он проводил ее до двери:

– Через полчаса капитан Террелл будет у вас.

* * *

У капитана Террелла, атлетически сложенного русоволосого человека, было мужественное лицо с тяжелым, выступающим вперед подбородком и глазами стального цвета. Подчиненные любили его, а многочисленным преступникам, орудовавшим в Большом Майами, он внушал страх.

Он сидел в кресле, которое казалось слишком маленьким для столь крупного мужчины. Террелл задумчиво смотрел на расположившуюся напротив него Вэл.

– Дюлак рассказал мне о вашей проблеме, миссис Барнетт, – сказал Террелл. В его обычно строгом голосе сейчас звучали мягкие нотки. – Я уже передал моим подчиненным словесный портрет вашего мужа и данные о его машине. Уверен, не позднее чем через час кто-нибудь из них найдет его. Вам не стоит тревожиться.

Вэл сказала:

– Спасибо… но газеты…

– Не волнуйтесь об этом. Я умею обращаться с репортерами, – сказал Террелл. – Дюлак сообщил мне, что ваш муж не совсем здоров.

– Если вы считаете это необходимым… да, – отозвалась Вэл.

– Что с ним?

– Два года тому назад он попал в автокатастрофу и получил черепно-мозговую травму. Он пролежал без сознания более пяти месяцев. До несчастья он отличался незаурядными способностями. Он работал у моего отца. Выйдя из комы, он, как говорит мой отец, превратился в зомби.