Миссия в Венецию

Отступив в сторону, Дон дождался, пока все выйдут, после чего шагнул в продолговатое узкое помещение.

Казалось, он очутился в пещере, залитой мягким светом искрящихся под потолком люстр. Стены ее были увешаны хрустальными диковинами.

В дальнем конце торгового зала стояла длинная скамья. На ней сидели три девушки. Перед ними стояли газовые горелки, каждая с трехдюймовым языком пламени. В руках у девушек были длинные тонкие стержни цветного стекла. С завораживающей ловкостью работницы колдовали над разогретыми стержнями, размягчали их и сгибали, превращая в фигурки животных.

Дон задержался, чтобы понаблюдать за мастерицами. Одна из них – невысокое черноволосое создание с изможденным лицом – подняла глаза, и их с Доном взгляды на мгновение встретились. Тут же потупившись, девушка вновь занялась своей миниатюрой – белой фигуркой гарцующей лошади.

Отставив безделушку в сторону, чтобы та остыла, девушка снова взглянула на Дона. Ему показалось, что она подала некий сигнал, вскинув брови и внезапно сверкнув глазами.

Дон внимательно смотрел, как девушка выбрала нетронутый цветной стержень, поднесла его к огню, с удивительной ловкостью согнула, свернула, согнула снова – и удивленному взгляду Дона явился замысловатый стеклянный узор: монограмма, в хитросплетении которой четко просматривались буквы «Д. Т.».

Едва Дон успел их разглядеть, как девушка снова взяла монограмму, опустила ее в пламя, и через мгновение буквы превратились в задние ноги очередной гарцующей лошадки.

«Неужели померещилось? – подумал Дон, глядя на блестящую макушку девушки, склонившейся над своей миниатюрой.

 – Д. Т. – Джон Трегарт?»

Неужели померещилось?

– Ах, синьор! Вижу, вас интересует наше ремесло, – раздался голос за спиной.

Резко обернувшись, Дон увидел рослого грузного мужчину в серой пиджачной паре. Лицо его было типично итальянским: крупным, пухлым, с сонными глазами. Мужчина улыбался, сверкая золотыми коронками. Улыбка его была исключительно профессиональной и глубоко неискренней.

– Да, это так, – ответил Дон.

– Видеть вас в нашем заведении – большая честь, мистер Миклем. Вы уже четыре года подряд приезжаете в Венецию, но впервые удостоили посещением мой магазин.

– Что ж, теперь я здесь, – улыбнулся Дон, привыкший, что венецианцы узнают его с первого взгляда. Американский миллионер с собственным палаццо на Гранд-канале – желанный гость в любой местной лавке, и до всех торговцев незамедлительно доходит слух о его прибытии в город.