Кто смеется последним

Было в его лице что-то хищно-орлиное: пронырливый взгляд маленьких глаз, крючковатый нос и тонкие губы. Он был абсолютно лишен чувства юмора, в гольф играл предельно серьезно, хотя, казалось, был спокоен и расслаблен. Я был уверен, что в критический момент он может быть совершенно безжалостным.

Шериф оглядел тускло освещенную комнату. Брови его изумленно поползли вверх, когда он заметил меня. Потом он увидел накрытый стол – очевидно, что мы с Глендой ужинали здесь вместе.

Он снял свою ковбойскую шляпу:

– Прошу прощения, миссис Марш, за столь поздний визит.

Увидел свет в ваших окнах и подумал: заскочу-ка и отдам вам сводку по нашим криминальным делишкам, которую вы так хотели. – Он жестом поприветствовал меня. – Привет, гражданин.

– Привет, Джо, – хрипло отозвался я.

– Как это любезно с вашей стороны, шериф, – совершенно непринужденно ответила Гленда. – Проходите, пожалуйста. Мистер Лукас как раз уходит. Он рассказывал удивительные истории о Шарнвилле.

– Правда? – Коп перевел взгляд на меня, потом обратно на нее.

 – Ларри уж точно хорошо знает этот город. Он, можно сказать, отец-основатель. Проходить не буду: супруга ждет к ужину. – И, протянув Гленде конверт, добавил: – Вся информация здесь, миссис Марш. Если захотите узнать больше, вы знаете, где меня найти.

– Увидимся, гражданин, – бросил он мне, надел шляпу и направился к лифту.

Мы стояли, не смея шевельнуться, пока не услышали, как закрылись двери лифта. Потом взглянули друг на друга – магия этого вечера рассеялась.

Каких-то три минуты назад я сгорал от желания заняться любовью с ней, и она явно тоже, но теперь…

– Я должен идти, – неуверенно сказал я. – В этом городе он держит руку на пульсе. Впредь нам придется быть более осторожными, Гленда.

Она в отчаянии вскинула руки и уронила их.

– На секунду я подумала, что… – Она отвернулась. – Никогда ничего не получается… никогда…

– Гленда, если Брэнниган, Мэнсон или мэр вообразят, что я завел интрижку с замужней женщиной, то у меня будут неприятности – и в бизнесе тоже.

Я должен учитывать интересы моего партнера. Просто надо быть осторожней!

Она вздрогнула и взглянула на меня:

– Интрижка? Вот так ты думаешь?

– Гленда! Конечно, я так не думаю! Но они будут думать именно так.

Она выдавила улыбку:

– Не волнуйся, я же говорила, что это наш последний вечер. Обещаю, что не испорчу твою карьеру.

Горечь в ее голосе была для меня как удар хлыста, но надо было идти.