«Блуждающий Огонь», или «Крыло-и-Крыло»

Она была так плотно окутана широкой тальмой, что ее почти не было возможности узнать, но сама она внимательно всматривалась в черты лица и во всю фигуру незнакомца. Она казалась удовлетворенной результатом своего осмотра и немедленно исчезла. Между тем Тонти поднялся на набережную со своей фелуки как раз в это время и сказал незнакомцу:

– Синьор, его сиятельство подеста приказал мне передать вам его приглашение пожаловать к нему; он живет тут поблизости и будет очень огорчен, если вы не окажете ему этой чести.

– Его сиятельство не такое лицо, которое удобно бы было огорчать, – отвечал незнакомец на весьма хорошем итальянском языке, – и я немедленно отправлюсь к нему.

Тут он обратился к привезшим его матросам и приказал им возвратиться на люгер и ждать условного сигнала, чтобы приехать за ним.

Провожая его к Вито Вити, Томазо не упустил случая задать ему несколько вопросов, желая выяснить продолжавшие смущать его подробности.

– Скажите, синьор капитан, давно ли англичане обзавелись люгерами? Кажется, ваша нация предпочитала до сих пор другие формы судов?

Незнакомец громко расхохотался.

– Видно, вам недалеко случалось ездить, а в Ла-Манше, должно быть, и совсем не были, если не знаете, что на острове Гернсей люгера предпочитают всем другим судам.

Мазо признался, что не имел никакого понятия об этом острове, и попросил сообщить ему о нем некоторые сведения.

– Гернсей – остров с больше чем наполовину французским населением, хотя уже веками находился во власти англичан; имена и обычаи там по преимуществу французские.

Томазо промолчал. Если ответ незнакомца не был злостным вымыслом, то рассеивались все его подозрения по поводу слишком французского характера оснастки корабля; но он, конечно, не имел никаких данных, чтобы доверять искренности капитана.

Подеста был у себя и уже поджидал этого посещения, а Тонти, прежде чем удалиться, передал ему наедине все, что успел узнать, а также и все свои подозрения.

Выслушав Мазо, подеста поспешил присоединиться к незнакомцу; но в комнате было так темно, что они едва могли различать лица друг друга.

– Синьор капитан, – обратился подеста к приезжему, – надеюсь, вы позволите мне проводить вас к вице-губернатору, который ожидает вас и желает приветствовать.

Он говорил так вежливо и предложение его было так естественно, что капитану нельзя было не дать своего согласия. Они отправились, и капитан с легкостью молодого человека взбирался на гору, где находился дом вице-губернатора.