Честнее не бывает

– В нашем городе не стоит петушиться, Ларри. Если Жупел говорит, что вам здесь не место, лучше уезжайте.

– Вы что, серьезно?

– Абсолютно. Пожалейте себя, уезжайте. Я справлюсь. Не нужно все усложнять. Жизнь и так сложная штука.

– Никуда я не поеду. Ваш дядюшка рекомендовал мне сменить обстановку. Понимаю, это звучит эгоистично. Но меня больше волнуют мои проблемы, а не ваши. – Я улыбнулся. – С того момента, как я приехал в ваш город, почти не вспоминал про Джуди. Наверное, это к лучшему.

– Ларри! Вы можете пострадать!

– И что с того? – Решив сменить тему, я продолжил: – Приходили три старушки. Со мной говорить не захотели. Сказали, им нужна мисс Бакстер.

– Прошу, уезжайте. Говорю же: с Жупелом шутки плохи.

Я взглянул на наручные часы. Пятнадцать минут первого.

– Пора перекусить. – Я поднялся на ноги. – Скоро вернусь. Где у вас в городе подают приличную еду? Пока что мне попадались только гамбургеры.

Дженни озабоченно смотрела на меня, а потом развела руками, признав поражение:

– Очень надеюсь, Ларри, вы понимаете, на что напрашиваетесь.

– Вы говорили, что вам нужна помощь. Что ж, вы ее получите. И давайте не будем драматизировать. Так что насчет хорошего ресторана?

– Ну, как пожелаете. – Дженни улыбнулась. – На Третьей улице, через два квартала налево. Заведение называется «У Луиджи». Хорошим не назовешь, но неплохое. – Тут зазвонил телефон. Дженни переключилась на обычные «да» и «нет», а я ушел.

Съев посредственный обед – мясо было как подошва, – я отправился в отделение полиции.

На скамейке у стены сидел одинокий парнишка лет двенадцати. Под глазом у него был фингал, а кровь из носа капала на пол. Мы обменялись взглядами. В его глазах читалась лютая ненависть.

Я подошел к дежурному сержанту. Тот, сопя, по-прежнему забавлялся с карандашом.

Он поднял взгляд:

– Снова вы?

– Чтобы облегчить вам жизнь. – Я говорил в полный голос, будучи уверен: тот парнишка на скамье – из банды Жупела.

Сержант посмотрел на остатки портсигара, взял пластинку в руки, повертел ее в огромных потных пальцах и положил обратно.

– Вчера вечером его вернул Жупел Джинкс, – пояснил я.

Сержант все смотрел на искореженную пластинку.

– Говорит, не сразу понял, что он из золота, – невозмутимо продолжал я.