А что же будет со мной?

При закрытых дверцах в машине царила чудесная прохлада. Мы тронулись с места, и Кендрик предложил мне сигару, от которой я отказался.

Несколько минут мы катили вдоль моря, затем водитель свернул с главного бульвара и повез нас за город.

Кендрик, безмятежно куривший сигару, сказал:

– Насколько я понимаю, вы очень близкий друг Берни.

– Это верно.

– Я беспокоюсь за Берни. – Кендрик испустил вздох. – Ах, он бедняжка… такое страшное ранение.

Я выжидал, ничего не отвечая.

– Он работает на ужасных людей.

Этот Эссекс! Что за чудовище! А его жена!

Я по-прежнему молчал.

– Берни не чувствует уверенности в завтрашнем дне.

– Как и все мы! – сказал я, глядя, как желтый диск луны плывет по безоблачному небу.

– И вы тоже? – Он повернул голову и посмотрел прямо мне в лицо. – Вы тоже не чувствуете уверенности?

– А кто чувствует?

– Вы правы, несомненно, но есть ли у вас стремления? Хотите ли вы разбогатеть? Я уверен, что хотите, и Берни тоже. Мы часто говорим с ним о деньгах.

Однажды он сказал мне… я точно помню его слова: «Клод, я пошел бы на все, лишь бы обрести уверенность в завтрашнем дне. Если бы только передо мной замаячили настоящие деньги, я не стал бы стесняться в средствах, чтобы их заполучить».

– Берни так сказал?

– Это его собственные слова.

Настала моя очередь смотреть ему в лицо.

– Послушайте, Кендрик, может, вы опустите все эти глупости? Как по мне, так от них смердит. Я понимаю, что вы хотите прощупать меня, поскольку совсем меня не знаете, но делаете вы это с изяществом бульдозера.

К чему вы клоните?

Он снял свой оранжевый парик и заглянул внутрь, как будто ожидая найти там что-то припрятанное, потом нахлобучил его обратно.

– Берни меня предупреждал, – сказал он и улыбнулся. – Он говорил, что с вами необходимо проявлять предусмотрительность. По его словам, однажды он спас вас от больших неприятностей. Вы напали на вьетнамского менялу и забрали три тысячи долларов. Берни обеспечил вам алиби. Это верно?

– Вьетнамские менялы были легкой добычей.

Мне требовались деньги, а у старика их было полно. Берни же слишком много болтает.

– Берни сказал, что тот меняла погиб при взрыве бомбы и потому дело благополучно замяли.

«Кадиллак» плавно катился по дороге, огни Парадиз-Сити сверкали вдали бриллиантовым ожерельем, и я мысленно перенесся обратно в Сайгон.

Моей вьетнамской подружке нужны были деньги, чтобы переехать в Гонконг.

Она была сама не своя от страха.