Где бы ты ни был

– Не забирайте, пожалуйста!

Он нервно оглянулся по сторонам – на них, кажется, никто не смотрел.

– Хорошо, только тихо! Стой здесь и молчи. – Мэтт вернулся в хозтовары и спросил продавца: – Сколько у вас эти сковородки стоят?

– Двадцать четыре пятьдесят, сэр. Вам завернуть?

– Ого!

– Есть дешевле, из одного алюминия.

– Нет-нет. – Мэтт достал бумажник. – Дайте мне чек и пакет.

Продавец снял с крючка сковородку.

– Не нужно. Только чек и пакет.

– Но, сэр…

– Не спорьте. Сделайте, как я прошу.

Продавец выбил чек, бросил его в пакет и растерянно вручил Мэтту.

– Что-нибудь еще, сэр?

– Надеюсь, что нет. – Мэтт заторопился обратно, чувствуя спиной недоумевающий взгляд.

Эбби ждала там, где он ее оставил.

– Клади сюда свою сковородку.

– Это вы умно придумали!

– Да уж. – Он схватил ее за локоть и потащил наверх.

– Не знала, что на свете есть столько платьев, – прошептала она, раглядывая вешалки.

Мэтт отвел в сторону подошедшую к ним продавщицу.

– Я попрошу вас свести эту девушку в салон красоты и сделать все, что положено.

– О таких заказах можно только мечтать, – улыбнулась женщина.

Мэтт, заглянув в бумажник, извлек два дорожных чека по пятьсот долларов – без них у него до конца лета останется всего триста.

– Постарайтесь удержаться в этих пределах, если возможно, – вздохнул он, подписывая их.

– Да, сэр.

– Боже упаси! Племянница. Подарки на день рождения. Ступай с этой женщиной, Эбби, и во всем ее слушайся.

– Да, мистер Райт, – сказала она и ушла с тем же завороженным лицом. Мэтту сделалось тошно.

Время тянулось бесконечно. После книжного с весьма небогатым выбором Мэтт забрел в отдел нижнего белья, о чем тут же и пожалел. Вид у него, вероятно, был не менее глупый, чем у женщины, ненароком зашедшей в бильярдную. Набравшись храбрости, он подошел к прилавку.

– Чем могу вам помочь, сэр? – весело спросила девушка-продавщица.

– Хочу купить пеньюар, – не глядя ей в глаза, сказал Мэтт.

– Какого размера?

Мэтт начал было показывать и тут же опустил руки.

– Рост примерно пять футов. Стройная.

– Желаете какой-то определенный цвет?

– Черный, – просипел он.

Девушка выложила на прилавок нечто черное, прозрачное и все в кружевах.

– Девяносто девять девяносто восемь.

– Очень уж… черно, – сказал Мэтт.