Шпион, или Повесть о нейтральной территории

– Его величество, – заметил один из младших офицеров, – задолжал ему, наверное, титул герцога.

– А конгресс – веревку, – присовокупил капитан Лоутон, принимаясь за новую порцию лепешек.

– Я огорчен, что один из моих соседей навлек на себя немилость нашего правительства.

– Если я его поймаю, – крикнул драгун, намазывая маслом еще одну лепешку, – он у меня будет качаться на суку березы!

– Он послужит недурным украшением для собственного дома, если будет висеть у входа, – добавил младший офицер.

– Как бы там ни было, – продолжал драгун, – он попадется мне раньше, чем я стану майором.

Офицеры – это было совершенно очевидно – не шутили, и говорили они языком, каким свойственно выражаться людям их грубой профессии, когда они раздражены, и Уортоны решили, что благоразумнее переменить тему. Ни для кого из них не было секретом, что Гарви Бёрч на подозрении у американской армии и что его не оставляют в покое. О том, как он неоднократно оказывался за решеткой и так же часто ускользал из рук американцев при весьма загадочных обстоятельствах, слишком много толковали в округе, чтобы можно было это забыть.

Примерно за год до описываемых событий Бёрча видели у штаб-квартиры американского главнокомандующего, как раз в то время, когда ежечасно ждали важных передвижений войск. Как только об этом доложили офицеру, которому была доверена охрана дорог, ведущие к американскому лагерю, он тотчас послал вдогонку за разносчиком капитана Лоутона.

Знакомый со всеми горными переходами, неутомимый при исполнении своих обязанностей, капитан ценою огромных усилии и трудов выполнил возложенную на него задачу. С небольшим отрядом он остановился передохнуть на одной ферме, собственноручно запер пленника в отдельной комнате и оставил под охраной двух солдат, как уже было сказано выше. Потом припоминали, что недалеко от караульных какая-то женщина усердно хлопотала по хозяйству; особенно старалась она угодить капитану, когда тот со всей основательностью уселся ужинать.

И женщина и разносчик исчезли; найти их не удалось. Обнаружили только короб, раскрытый и почти пустой, а маленькая дверца, ведущая в комнату, смежную с той, в которой заперли разносчика, была распахнута настежь.

Капитан Лоутон никак не мог примириться с тем, что его одурачили.