Краснокожие

Конечно, я нимало не затруднился объяснить, каким путем молодой человек, получивший образование, столь же блестящее, как и принц крови, вдруг дошел до того, что ходит со своими гуслями по улицам американской Трои. Мысль быть в глазах этой прелестной девушки человеком из низшего класса и без всякого образования казалась для меня положительно нестерпимой. Своей, не совсем-то правдоподобной, но все же возможной историей я спас себя от этого стыда и даже мог заметить, что после моего рассказа отец и дочь относились ко мне с еще большим участием и доброжелательством; в особенности в чудных глазах Мэри я читал глубокое сочувствие, и это несказанно радовало меня.

– Но, если так, мой молодой приятель, – продолжал отец молодой девушки, – то вам следует, и даже весьма возможно, добиться здесь лучшего положения, нежели то, какое вы занимаете сейчас. Например, греческий язык вам сколько-нибудь знаком?

– Да, да; гретшеский много ушить в немецкая сторона.

– А новейшие языки не изучали?

– Я говорит на пять главныя языки Европа.

– На пяти главных языках, какие же это, Мэри? – обратился он к дочери!

– Я полагаю, что это французский, немецкий, испанский и итальянский.

– Но ведь это всего четыре, а пятый-то какой?

– Баришни позабыл английски, английски это быть пяти.

– Ах, да, английский! – не без лукавства, как бы спохватясь, воскликнула плутовка, закусив губу, чтобы не рассмеяться мне в лицо.

– Действительно, я позабыл английский, но это потому, что мы привыкли считать этот язык не исключительно европейским.

– Oh, ja!

Молодая девушка не в силах была подавить мимолетную улыбку.

– Я вам, как иностранцу, очень сочувствую и весьма сожалею, что встретил вас в пути с тем, чтобы снова потерять из виду, и потому ничем не могу быть вам полезен. Куда же теперь лежит ваш путь, мой молодой германец?

– Теперь я ехать буду в одно место – Равенснест, корошо мест, где продовайт часы.

– Как в Равенснест? – переспросил отец.

– В Равенснест? – повторила за ним Мэри.

– Ведь Равенснест то самое местечко, где мы живем, ведь это мой приход, в котором я состою священником епископальной и протестантской церкви, – пояснил мне мой приветливый собеседник.

Итак, я видел перед собой мистера Уоррена, священника, вступившего в исполнение обязанностей приходского священника в нашей родовой церкви святого Андрея в Равенснесте как раз в то время, когда я уехал из Америки.