Краснокожие

– Ваш срок истек семь минут и четырнадцать секунд тому назад! И я теперь требую уплаты!

– Ха, ха! Вот славный долг! Да кто же теперь платит? Даже и Пенсильвания, и Мэриленд, и те не думают платить! А, впрочем, если вы настаиваете, то сделайте одолжение, – и с этими словами Том вытаскивает из кармана бумагу и добавляет с неподражаемым комизмом: – Так вот, уж ежели вы так требовательны, вот получите – это новый закон о несостоятельности и банкротствах, подписанный Смис-Томсоном.

После этого разочарованный вконец Сатана исчез со скрежетом зубовным, бормоча всякие проклятия.

Дядя Ро рассмеялся от души; но вместо того, чтобы из моего рассказа сделать те выводы, каких я ожидал, получил после этого лишь еще лучшее мнение о нашей родине.

– Так что же, Хегс, это доказывает только, что между нами есть немало смышленых парней! – воскликнул он и даже прослезился от умиления. – Хотя есть несколько дурных и превратных законов и несколько дурных и развращенных людей, которые применяют их не так, как должно, но что же из того? Ведь говорят: в семье не без урода! А вот и Джекоб с нашими письмами и газетами! Их целая корзина.

Действительно, Джекоб, очень почтенный негр, внук старого невольника по имени Джеп, который и до настоящего времени жил на моей земле в прекрасном Равенснесте, принес нам около двухсот писем. В этот момент мы кончали десерт, и я и дядя поднялись из-за стола, чтобы взглянуть поближе на все эти конверты и обертки. Разобрать нашу почту было на этот раз дело нелегкое.

– Здесь целая дюжина писем моей сестры, – заметил я, разбирая газеты и письма, адресованные на мое имя.

– Конечно, ведь твоя сестра еще не замужем и потому имеет время думать о брате, ну, а мои все замужем и одно письмо в год – максимальная порция. Но вот дорогой почерк моей матери. Урсула Мальбон никогда своих детей не позабудет. Ну, теперь покойной ночи, милый Хегс, – добавил дядя, забрав всю свою почту, – нам на сегодня дела хватит, а завтра увидимся поутру и сообщим друг другу наши новости.

– Покойной ночи, дядя! – отозвался я. – Завтра за завтраком мы с вами побеседуем опять о нашей милой родине и о наших близких.

Глава II

Отчего склоняется чело моего государя, как колос, отягченный благодеяниями Цереры?

    «Генрих VI»

Я вчера улегся спать не ранее двух часов ночи и встал поутру около десяти, но лишь после одиннадцати ко мне явился Джекоб с докладом, что господин его вышел из своей спальни в столовую и ожидает меня к завтраку.