Весь этот свет

 – Эллиотт!

Я в последний раз глянул на дом, потом побежал к черному железному забору. Солнце уже опустилось довольно низко, но у меня на лбу выступили капли пота, а воздух вдруг стал душным.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я, хватаясь за острые зубцы железного забора, стоявшего за домом Кэлхунов.

Мама посмотрела на полицейскую машину, на «Скорую», потом бросила быстрый взгляд на дом и явно осталась недовольна увиденным.

– Что происходит?

– Думаю, что-то случилось с отцом Кэтрин. Меня не пускают внутрь.

– Нам лучше уйти. Идем.

Я нахмурился и покачал головой.

– Я не могу уйти. Случилось что-то плохое. Мне нужно убедиться, что с ней все в порядке.

– С кем?

– С Кэтрин, – нетерпеливо ответил я и повернулся, намереваясь вернуться к крыльцу, но мама ухватила меня за рукав.

– Эллиотт, идем со мной. Немедленно.

– Почему?

– Потому что мы уезжаем.

– Что? – в панике воскликнул я. – Но ведь предполагалось, что я уеду завтра!

– Планы изменились!

Я отдернул руку.

– Я никуда не поеду! Я не могу бросить ее здесь в такую минуту! Посмотри, что происходит! – Я обеими руками указал на машину «Скорой помощи».

Мама расправила плечи.

– Не смей отмахиваться от меня. Ты еще слишком юн, Эллиотт Янгблад.

Я отшатнулся. Если мама чувствовала, что к ней относятся неуважительно, то была страшна в гневе.

– Прости, но я должен остаться, мама. Это будет правильно.

Она всплеснула руками.

– Ты едва знаешь эту девочку!

– Она моя подруга, и я хочу убедиться, что с ней все будет хорошо.

Мама нахмурилась.

– Этот город токсичен, Эллиотт. Ты не можешь остаться. Я же предупреждала, чтобы ты не заводил друзей, особенно девочек. Мне и в голову не приходило, что ты свяжешься с Кэтрин Кэлхун.

– Что? О чем ты говоришь?

– Я сегодня звонила Ли, предупредить, что заеду за тобой. Она мне рассказала про эту девчонку Кэлхунов. Сказала, что ты дни напролет проводишь с ней. Ты здесь не останешься, Эллиотт, ни ради этой девочки, ни ради тети Ли, ни ради кого бы то ни было.

– Я хочу остаться, мама. Хочу ходить здесь в школу. Я уже завел здесь друзей и…

– Я так и знала! – она ткнула пальцем в сторону улицы. – Это не твой дом, Эллиотт, – мама тяжело дышала, я видел: она собирается выдвинуть мне ультиматум. Она всегда поступала так с папой. – Если хочешь еще когда-нибудь вернуться сюда до своего восемнадцатилетия, то тащи свою задницу в дом твоих дяди и тети и собирай вещи.

У меня поникли плечи.