Почти прекрасны

Финч скрестил руки на груди, глядя вслед Шепли.

– Кого бы ни преследовал Трэвис, они не из Истерн Стейт. Мало кто осмеливался флиртовать с тобой, зная, что в тебя влюблен Трэвис Мэддокс. А теперь, когда ты стала его женой, вряд ли остались такие глупцы.

– Он ничего не сделает. Обещал мне, что с этим покончено.

– Ох, милая, – сощурился Финч. – Конечно же, он изо всех сил будет стараться сдержать слово. В этом я не сомневаюсь. Но когда он ошибется, просто помни, что он тоже человек, хорошо?

Я кивнула, глядя в направлении уборной.

Ко мне повернулась Америка:

– Когда он сказал, что завязал с боями, он имел в виду Круг, Эбби. И с этим точно покончено! Ну что, – проговорила она, потрепав свой пучок, – здесь все изменилось для тебя или нет?

– Почему все меня об этом спрашивают? Я вышла замуж, а не сделала лоботомию.

Америка громко засмеялась и отпила коктейль, а потом заморгала, когда заметила двух приближающих к нам парней из колледжа.

– Вот черт.

– Что такое? – спросила я.

– Парней нет каких-то пять проклятых секунд, а нам уже приходится кого-то отшивать, – пожаловалась она.

– Они идут не сюда.

Америка уставилась на меня – ее мои слова не убедили, потом повернулась и взглянула на парней с тем же невозмутимым выражением лица.

– Вы обе совсем поглупели. Им нужен я. Привет, парни, – сказал Финч одному из них, кто дошел до нас первым.

– Привет, – сказал тот.

У него были густые, аккуратно причесанные волосы, почти как у Паркера. Долговязый, выше меня, но с телосложением гольфиста.

Если он видел меня с Трэвисом, то сразу бы понял, что он не мой типаж.

Но заговорил тот, что был ниже:

– Вы сегодня очень…

– На самом деле нет. Мы не хотим пить, танцевать и уж точно мы не одни, – перебила его Америка. – У меня есть парень, а она замужем. – Подруга указала на меня.

«Гольфист» ухмыльнулся, посмотрев на своего более высокого друга, потом снова на нас. Замечательно. Он, похоже, из тех, кто воспринимает женщин как вызов.

– Привет, замужняя, я Рики.

Финч ощерился, глядя на парня:

– Умора! Ты тоже восемьдесят четвертого года? Кто называет своих сыновей Рики?

– Финч! – шикнула я.

Рики остался невозмутим.

– А это Джастин. Приятно познакомиться.

Джастин был выше, у него были русые волосы – чуть светлее, но он не сильно отличался от Рики. Он заметно нервничал. Что-то в этих парнях настораживало…

– Мы не называли наших имен, так что можно считать, что мы так и не познакомились, – сказала я.