Мое прекрасное несчастье

 – Тебя всегда звали Трэвис Мэддокс – Бешеный Пес или это только здесь? – Озвучивая его прозвище, я изобразила в воздухе кавычки. Впервые за все это время Трэвис выглядел неуверенно и слегка смущенно.

– Нет. Все это начал Адам после моего первого боя.

Короткие ответы начинали бесить меня.

– И все? Ты больше ничего о себе не расскажешь?

– А что ты хочешь узнать?

– Все, что обычно говорят. Откуда ты, кем хочешь стать, когда повзрослеешь… и все в таком духе.

– Родился и вырос здесь. Мой профиль – уголовное правосудие.

Трэвис вздохнул, развернул столовые приборы и положил рядом с тарелкой. За два столика от нас заржали футболисты Истерна. Трэвис обернулся и напрягся. Причина их смеха явно его задевала.

– Ты шутишь, – с неверием произнесла я.

– Нет, я местный, – рассеянно ответил он.

– Я о твоем профиле. Ты совсем не похож на специалиста по уголовному праву.

Трэвис свел брови на переносице, опять сосредоточившись на нашем разговоре.

– Это еще почему?

Я пристально посмотрела на татуировки, покрывавшие его руки.

– Ты скорее похож на уголовника, чем на блюстителя закона.

– Я не встреваю в неприятности… по большей части. Отец был строгий.

– А мама?

– Она умерла, когда я был маленьким, – ровным голосом произнес Трэвис.

– Ой… извини, – тряхнула я головой. Его ответ застал меня врасплох.

Трэвис отмахнулся от моего сочувствия.

– В отличие от братьев, я ее не помню. Мне было всего три года, когда она умерла.

– Значит, четыре брата? Ну и как ты держал всех в узде? – поддразнила его я.

– Кто бил сильнее, тот и держал всех в узде. Обычно старшие младших. Томас, близнецы… Тэйлор и Тайлер, потом Трентон. С Тэйлором и Тайлером в комнате лучше было не оставаться. Половине того, что я делаю на Арене, я научился у них. Трентон был самым мелким, но шустрым. Сейчас только он сможет ударить меня.

Я покачала головой, представив бегающих по дому пятерых Трэвисов.

– И у всех татуировки?

– Почти. За исключением Томаса. Он генеральный директор рекламного агентства в Калифорнии.

– А твой отец? Где он?

– Здесь, в городе, – сказал Трэвис, снова стискивая зубы. Футбольная команда его явно раздражала.

– Над чем они смеются? – спросила я, указывая на шумный столик. Трэвис покачал головой, видимо, не желая делиться со мной. Я скрестила руки на груди и нервно заерзала, гадая, что могло его так разозлить.

– Скажи мне.

– Они смеются, потому что я повел тебя ужинать, для начала.