Мое прекрасное забвение

– Как думаешь, Коуди будет против, если я не надену белья под его штаны?

– Еще бы, как, впрочем, и я.

Трентон притворился расстроенным и натянул на себя штаны. Я старалась не пялиться на крепкие мышцы его живота и груди, перекатившиеся, когда он надел футболку.

– Спасибо, – сказал Трентон. – После работы я заехал в «Ред» пропустить пару стаканчиков. Рейган сказала, что ты умираешь от одиночества, вот я и решил заглянуть.

– Разве дело не в том, что из-за дождя у тебя есть хороший предлог раздеться?

– Нет.

– Вовсе нет.

Трентон и бровью не повел. Вместо этого он перепрыгнул через спинку дивана и приземлился на подушки.

– Давай посмотрим кино! – сказала он и потянулся к пульту.

– Вообще-то я наслаждалась своим первым вечером в одиночестве.

Трентон повернулся ко мне.

– Хочешь, чтобы я ушел?

Я на минуту задумалась. Мне бы стоило ответить «да», но тогда бы я соврала. Я обошла диван и присела – как можно ближе к подлокотнику.

– А где Оливия?

– Наверное, со своими родителями.

– Мне она понравилась. Милая девочка.

– Она офигенная. В скором времени мне придется прикончить как минимум одного мальчишку.

– Значит, она пожалеет, что подружилась с Мэддоксом, – усмехнулась я.

Трентон нажал на кнопку пульта и набрал три цифры. На экране появился футбольный матч «НФЛ».

– Не возражаешь?

Я пожала плечами.

– Мне нравятся «Форти Найнерс»[5 - Футбольный клуб, базирующийся в Сан-Франциско.], но в этом году их игра полный отстой. – Я повернулась и увидела, что Трентон пялится на меня.

– Я подумал, что сейчас самый подходящий момент признаться – ты само совершенство, и я буду совсем не против, если в ближайшее время ты безумно влюбишься в меня.

– У меня есть парень, – напомнила я.

– Ага, этот лежачий полицейский.

– Ну не знаю, – сказала я. – Он довольно пылкий лежачий полицейский.

Трент презрительно усмехнулся.

– Куколка, ты меня почти голым видела. Твой виртуальный парень и рядом не стоял.

С этими словами Трентон демонстративно надул бицепс.

– Ты прав. У него нет столько татуировок. Да их вообще нет.

– Значит, он у тебя паинька? – закатил глаза Трентон. – Как печально!

– Он вовсе не паинька, а тоже оторва. Но не совсем такой, как ты.

На лице Трентона появилась широкая улыбка.

– Ты считаешь, что я оторва?

Я еле удержалась, чтобы не улыбнуться. Улыбка Трентона была заразительной.