Соседская вечеринка

Я узнаю человека в кадре – это отец Джея, его широкое лицо крупным планом, во весь экран.

«Я не собираюсь позволять ему просто болтаться весь день в подвале, растрачивая попусту свою жизнь и время», – говорит отец Джея кому-то, но я не вижу, кому именно.

Джей останавливает воспроизведение большим пальцем.

– Он разговаривает с моей мамой, – поясняет юноша. – Они часто так делают – жалуются друг другу на меня.

– И ты… записал это? – Я задыхаюсь, затем понижаю голос. – Это у них в спальне? Ты записывал, как они… делают это? Потому что если это так, то у тебя серьезные проблемы.

Джей делает такое лицо, будто его сейчас стошнит.

– Черт возьми, нет. Мои родители не занимаются сексом. Мой отец уже три года не выписывал рецепт на виагру.

– Ты знаешь, что твой отец принимает виагру?

– Я же говорил тебе, Летти, у каждого есть секреты… а секреты в наше время трудно хранить. – Джей склоняет голову набок. – Итак, ты готова узнать секрет Райли? Я со своей стороны всё подготовил.

Я неуверенно мнусь, прежде чем заговорить.

– Все готово? Что всё? Что ты хочешь этим сказать? – Мое сердце трепещет, у меня немного кружится голова.

– Райли. Твой грандиозный план мести, – поясняет он. – Ты сама напросилась на это, Летти. – В голосе Джея появляется резкость, которой я раньше не слышала. – Ты отказываешься от моей помощи? Я приложил столько усилий, чтобы получить то, что тебе нужно! Только не говори мне, что теперь ты струсила!

Я слышу подтекст громко и ясно: отступи – и между нами все кончено.

– Я не отступлю, – говорю я ему, хотя моему голосу не хватает уверенности. – Итак, какой у нас план?

– Он заключается в том, что у меня есть достоверная информация о том, что Райли собирается куда-то пойти сегодня вечером, и мы с тобой собираемся посмотреть, куда она ходит и что делает.

– Откуда ты можешь это знать? – удивляюсь я. Затем вспоминаю о секретной записи, которую он сделал в спальне родителей. Кто знает, на что еще способен Джей?

– Ты не единственная, кто следит за своими соседями, – говорит он с усмешкой.

Паническое чувство в моей груди усиливается.

– Я не могу пойти сегодня вечером, – выпаливаю я. – Я наказана. Забыл?

Я чувствую себя абсолютным ребенком и не могу выдержать его взгляд, поэтому просто смотрю себе под ноги.