Неночь

Ее брат тоже был круглолицым, но поскольку он не улыбался, ямочки не были видны. Его короткие пряди на голове были уложены в торчавшие острые шипы. Обоим достались голубые и прозрачные, как небеса, глаза. Их щеки до сих пор покрывала корочка крови с церемонии крещения.

Мия уже услышала одну угрозу в свой адрес с момента прибытия. Она задавалась вопросом, станет ли каждый аколит из их набора ее противником или даже врагом.

Светловолосая девушка указала ножом на щеки Мии.

– У тебя что-то на лице.

– И у тебя, – кивнула Мия. – Хотя тебе идет этот цвет. Подчеркивает глаза.

Девушка фыркнула и криво улыбнулась.

– Что ж, – начала Мия. – Может, представимся? Или просто будем весь ужин прожигать друг друга взглядами?

– Я Эшлин Ярнхайм, – ответила девушка. – Или просто Эш. А это мой брат – Осрик.

– Мия Корвере. А это Трик, – она кивнула на своего друга.

Трик, со своей стороны, свирепо смотрел на другого двеймерца за столом. Крупный юноша обладал таким же квадратным подбородком и плоским лбом, как у Трика, но был выше, шире, и если татуировки Трика походили на безыскусные каракули, чернильные рисунки юноши выглядели как настоящее искусство.

Он наблюдал за Триком, как белый драк наблюдает за тюленем.

– Здравствуй, Трик, – поздоровалась Эшлин, протягивая ему руку.

Юноша пожал ее, даже не взглянув на новую знакомую.

– Приятно.

Эшлин, Осрик и Мия выжидающе посмотрели на бледного паренька слева. Тот разглядывал ночное небо.

Поджал губы, словно обсасывая зуб. Мия вдруг осознала, что он красив – ну, слово «изящен», наверное, лучше его опишет, – с высокими скулами и самыми пронзительными лазурными глазами, которые ей когда-либо доводилось видеть. Но при этом худой. Слишком худой.

– Я Мия, – представилась она, протянув руку.

Юноша моргнул и перевел на нее взгляд. Подняв маленькую доску с колен, что-то вывел на ней мелком и показал Мие.

Там было написано «ТИШЬ».

Мия удивленно моргнула.

– Это твое имя?

Красавец кивнул и молча вернулся к разглядыванию неба. За весь ужин он не издал ни звука.

Эшлин, Осрик и Мия болтали, пока подавали еду – куриный бульон, баранину, маринованную в лимонном масле, запеченные овощи и восхитительное итрейское красное вино. В основном говорила Эшлин, в то время как Осрик увлеченно разглядывал зал. Им было шестнадцать и семнадцать (Осрик старше), и они прибыли пятью переменами раньше.