Невский 3. Запад

– Охренеть – только и смог что сказать я. Кого же я создал?

Тем временем я подошел к нашему вагону и зайдя в него нашел Анисию с детьми. Анюта по-прежнему была напугана выстрелами, а Макс ничего так, жался к матери, конечно, но с любопытством смотрел по сторонам из окна купе.

– Вы как тут – спросил я своих.

Максим показал большой палец, а Анюта даже плакать перестала увидя меня.

– Напуганы, конечно, но слава богу все целы, ну кроме моей попы – сказала Анисия слегка усмехнувшись и демонстрируя фрагмент соблазнительной попы в прорехе оставшейся после попадания пули.

– Злодеи, покусились на святое – пошутил я. После чего мы немого посмеялись слегка нервным смехом, выпуская из себя накопившиеся эмоции и расслабляясь.

– Я так не боялась давно – пожаловалась мне Анисия – и не за себя, а за тебя и детей.

– Прости родная, я как-то расслабился и даже в голове мысли не было, что может такое произойти – повинился я.

– Да ты не виноват, кто же мог знать такое и что может случиться, слава богам все целы и невредимы – сказала она, и положила голову на моё плечо, когда я сел рядом и приобнял её.

– Всех нашли? – спросила она спустя время.

– Всех до единого – ответил я.

– Молодец – сказала она и поцеловала меня.

– За семью я готов на что угодно – ответил я, прижимая её к себе, а другой рукой погладил по голове Анютку. Сбоку от меня пристроился Максим, и мы так просидели довольно долго. После чего почувствовали, как поезд тронулся и слегка постукивая колесами отправился в дальнейший путь.

К вечеру мы были уже в Находке, по пути встретив ещё две сгоревших станции и деревни, в одном месте наемники пытались разрушить пути, но толи не успели, толи их вспугнули, так что доехали без приключений. Я же всю дорогу размышлял над тем, что я сотворил с первым. То, что он разумен я уже убедился, а вот всех его возможностей я пока не знал, не очень удобно было в поезде выяснять и экспериментировать.

Скелеты заняли первый и второй вагоны, им трупы убитых были глубоко безразличны, а я не хотел людям глаза мозолить ими. До сих пор мне почему-то было стыдно за то, что я тёмный, подсознательно всегда вместо магии тьмы стараюсь использовать магию стихий, а ведь должен признаться в сравнении с друзьями я в ней не так силен, однако тот же щит тьмы, мои друзья, пробивают с трудом и только совместными усилиями.