Куча костей

Так что нам нужно вычислить, кто это сделал, узнать, где он прячется, и вернуть похищенного мальчика домой.

Он выждал несколько секунд, давая им обдумать это. Потом, убедившись, что до всех дошло, обратился к Бену:

– Каковы последние новости?

Инспектор Форд откашлялся. Этим он словно переключался из режима старого приятеля в режим полицейского, и его прежде добродушный тон сделался строгим и деловым.

– Сегодня утром это дело было передано нам из уголовного розыска. Я полагаю, констебли Нейш и Халед просмотрели отчеты и все показания.

Логан поднял брови.

– Что, так много домов придется обойти?

– Нет, тут проблема в обратном. Жилья там поблизости довольно мало, но поселки отстоят далеко друг от друга, и ехать от одного до другого приходится по очень грязным проселкам. Почти наверняка это напрасная трата времени, но кто знает…

– Кто-нибудь еще раз беседовал с родителями сегодня утром? – спросила Кейтлин.

Бен покачал головой.

– Мы связывались с ними и отрядили пару крепких парней, чтобы журналисты им не надоедали, но лично мы туда еще не показывались.

– Я займусь этим, – вызвался Логан. – Если только кто-то из вас еще не вошел с ними в контакт.

Остальные подтвердили, что никто из них пока не разговаривал с родными мальчика.

– Что ж, тогда я проведу разговор с ними, – сказал Логан. – Будет неплохо взглянуть на них лично.

Бен кивнул детективу-констеблю Халеду.

– Хамза, не могли бы вы…

Тот мгновенно пришел в движение и быстрым шагом направился к столу в углу комнаты – на этом столе в пластиковых пакетах лежали вещественные доказательства. Он взял три из них, положил в маленькую картонную коробку и отнес обратно к остальным.

Логан заглянул в коробку, поставленную на стол перед ними.

– Это то, что было принесено непосредственно, – сообщил Хамза, потом указал на угловой стол. – Уголовный розыск также передал открытки и письма, пришедшие за последние два дня. Насколько можно судить, ничего интересного.

– Верно. Хорошо, – отсутствующим тоном отозвался Логан. Его внимание было приковано к содержимому коробки, и он с трудом сдерживал тошноту.

Плюшевый мишка уже был в достаточной степени ужасен: серый мех, стеклянные глаза.