Оборотни особого назначения

А самое удивительное, что он ни фига не выглядел ни несчастным, ни подавленным!

– Точка? Быстро сюда! – он ткнул рукой в притулившийся между боком клетки и стеной тюк какого-то сена. – Прячься за ним, а когда эта дура заснет, поговорим!

За сеном этим я просидела еще час, наверное, жутко злая и нервная. Хотя вроде еще не настолько близко к утру, но меня дико раздражала и наплескавшаяся уродина, и ее фальшивое сюсюканье около клетки, и возня в спальне. Наконец, подлюка угомонилась и Ант, тоже напряженно вслушивавшийся в звуки из ее комнаты, шепотом позвал:

– Точка?

Я выбралась из-за сена и просунула нос внутрь клетки сквозь более широко расставленные прутья.

– Ну ладно, ладно! – отпихнул он меня через полминуты. – Ты прям как Таха… ты… говорить можешь?

Я выразительно покрутила лапой у виска и чуть слышно фыркнула. Он сам бы попробовал разговаривать с такой пастью. И задумалась, не перекинуться ли мне в человека.

– Чучундра, мысленно можешь попробовать со мной поговорить? – Ант высунул руку из клетки и дернул меня за ухо. Я увернулась и сделала вид, что вот щас как цапну! А сама задумалась – и правда.

«Прием, прием! Земля вызывает Марс! Есть кто живой в этой башке?»

«Ты еще скажи – передаем последние известия. Дурында, как ты выбралась?! Где тебя держат, и почему в шкуре?»

Уфффф… работает.

Я секунду подумала и полезла опять за сено. Мысленно можно и оттуда разговаривать, вдруг стерве пописать ночью приспичит, возьмет да попрется. Я ее заранее, конечно, услышу, но нафига нам нервотрепка лишняя?

«Правильно, сестренка. А теперь рассказывай»

Еще минут через пять краткого отчета я подошла в своем рассказе к тому моменту, как нашла Анта и… замолчала. Как сказать ему, что я видела… что его… как его… у меня не только слова в горле застряли, но и мысли в башке.

Ант посмотрел на меня очень внимательно и быстро отвел взгляд. Катнул желваками на скулах и снова уставился в упор.

– Хреново, что ты это видела. Б…ля! – он вдруг с силой ударил кулаком в каменный пол, но тут же взял себя в руки. – Перед вами мне реально фигово так… опускаться.

– Перед нами? – я всегда понимала Анта, как никто, и уловила главное.