Особенности содержания небожителей

Прибавьте сюда гаремные интриги и подводные течения, борьбу за подарки и ласки господина, склоки за лучший личный двор в поместье и престижное место на семейных церемониях… Короче говоря, тот еще змеиный клубок. Который закономерно вылился в полный трындец, когда Янли отравила брата и попыталась провести какой-то подозрительный ритуал, играя в обряде злодейскую роль.

В результате милая девочка с замашками мадам Цикуты отправилась на перерождение, а в ее тело каким-то невероятным образом затянуло меня. И первое, что я обнаружила, очнувшись и частично освоив память безвременно почившей оригиналки, – траур в поместье, истерика госпожи Тан и бьющийся в конвульсиях мальчишка-подросток.

Я кинулась спасать его раньше, чем вообще сообразила, что происходит. Инстинкт и рефлексы. Профессионализм опять же. Я даже попадание восприняла отстраненно, рядом с умирающим ребенком все отошло на второй план. Я просто знала, что надо делать, и действовала. Разогнав попутно к чертям и здешним речным демонам истерящую тусовку во главе с матушкой… я буквально выдрала пацана у женщины из рук, не слушая дурных воплей про насланное проклятье и моровое поветрие.

А-Лея я откачивала больше суток. За это время даже папенька, сунувшийся в дом дочери по наводке насмерть перепуганной жены, схлопотал крышкой от котла, в котором я грела воду, и позорно ретировался стонать и переживать под дверью, утешая госпожу Тан.

Когда опасность миновала и А-Лей пришел в себя, я почувствовала себя так, будто как минимум его сама вырастила, если не родила.

Раз и навсегда мальчишка стал для меня родным. А через него потом и все суетливое семейство… с которым еще предстояло налаживать отношения.

Ибо в благодарность за спасение сына госпожа Тан перво-наперво попыталась сплавить меня замуж. Понятно, что одно спонтанное спасение не могло перевесить сложившуюся репутацию дрянной девчонки, поэтому госпожа Тан вполне резонно считала, что такое сокровище лучше любить и благодарить издалека.

И это вовсе не было изощренной местью.

Из чувства некоего кармического долга матушка действительно решила подобрать мне наиболее подходящего, по ее мнению, мужа. Молодого, красивого (по местным меркам), добродетельного сына генерала из другой провинции. Она организовала встречу и спросила, каково мое мнение, что было проявлением неслыханного снисхождения к девушке, согласно укоренившимся традициям.

В целом на тот момент мне было почти все равно – меня догнало осознание, что я сюда попала.