Королевский тюльпан – 2

Еще одна проблема коммуникации с местным народом – я разбираю их язык, но там, где не уверена, предпочитаю использовать уже услышанные слова. К тому же освещение нашего кабинета было очень уж скудным: плотные шторы надежно закрывали узкое оконце, а свет настенных свечей позволял предаваться любым порокам, кроме чтения текстов, включая отсутствующее меню.

– Похлебку? – переспросил Лирэн.

– Да, – кивнула я и уточнила: – Горячий отвар из мяса и кореньев, с приправами.

Мой собеседник улыбнулся, потом рассмеялся.

Похоже, я выбрала не совсем подходящее слово, что-то вроде «хлёбово» или даже «хрючево». Моя стряпня на пустоши вполне подошла бы под это определение. Чего спорить.

– Лучше заказать суп, – наконец сказал Лирэн. – Если принесут похлебку, мне придется вылить ее на лакея или приказать ему съесть самому.

В эту секунду колокольчик на стене сказал мелодичное «дзынь-зинь». Я заметила, что шнурок через дырку уходил в зал – звон заменял стук в дверь.

– Войди, – распорядился Лирэн.

 – Славный малый, – усмехнулся он официанту, которых здесь, как я поняла, называли лакеями, – моя дама желает суп «Развратный герцог». Также жаркое «Неумеренный граф», фруктовую корзину и цветник на закуску. Да, большую бутыль вина «Отдых сладострастника»…

– И такую же бутыль фруктовой воды «Похмелье пропойцы-аристократа», – сымпровизировала я.

Лакей-официант взглянул на меня с таким удивлением, будто заговорила софа, накрытая узорным покрывалом. Я тоже с интересом смотрела на него, точнее на расшитую ливрею, только сейчас разглядев сюжет рисунка: на берегу речки сидели пастух и пастушка, правда одетые как жених и невеста, а над ними вместо амурчиков кружили крылатые чертенята.

– Да, – продолжил Лирэн, – и еще корзиночку хлеба «Благородный нахлебник».

Лакей удалился, аккуратно закрыв дверь.

– Суп и жаркое будут готовить, – сказал Лирэн. – Вино и закуски принесут сейчас.

– Я не хочу вина, – ответила я.

– И я не хочу, – с печальной усмешкой вздохнул Лирэн.

 – Пойми, деточка, в жизни бывают минуты, когда вино само хочет нас.

«Подотри соплю под носом, разболтавшийся философ!» – вспомнила я бабушкину присказку. Но не озвучила. Во-первых, при всей своей наглости он не сопляк. Во-вторых, вспомнила другую мудрость, уже собственную: не мешай другим учить тебя жизни. Просто живи как считаешь нужным, и пусть другие болтают что хотят.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».