Сингулярность

Вводить его в заблуждение не хотелось. Надо было объяснить, что у нас исключены какие-либо отношения, кроме дружеских.

В половине восьмого пришел Ден. Я не успела толком одеться, да и не собиралась наряжаться, тем более в последнее время это для меня плохо заканчивалось. Синие джинсы и белая футболка с кедами стали моим вечерним нарядом. Ден вида, что его что-то не устраивает в моем облике, не подал. Сам явился без цветов, чем несказанно меня обрадовал. Выглядел он довольным, даже немного загадочным.

– Готова к супервечеру с настоящим мужчиной? – скромно заявил он.

Я шутливо закатила глаза:

– Куда мы идем?

– Сегодня будет весело!

– От этой фразы неуютно как-то, – съязвила я.

Он повел меня в самый большой парк в городе. В этот день там выступали местные рок-группы и коллективы, приглашенные с ближайших городов. Еще тут работали аттракционы. На них настоящий мужчина меня и повел кататься. Я все стоически перенесла, но на американских горках сплоховала и показала всю силу своего голоса.

Не успела я толком взгрустнуть, как в толпе увидела виновника моего депрессивного состояния. Ну как так?! Полгорода на этом концерте. Кругом толпа. Найти кого-либо нереально. И вот, пожалуйста! Закон Мерфи. Надо быть осторожной со своими желаниями.

Макс шел с Кэт, с которой у него, как он сказал, ничего не было.

– Пошли, посмотрим концерт, – я отвернулась и обратилась к Дену в надежде, что они нас не заметят.

Ден взял меня снова за руку. Я только хотела ее высвободить, но тут за спиной услышала голос Макса:

– О, привет. Не ожидал вас тут увидеть.

Я повернулась, в один миг оставив попытки избавиться от цепких пальцев Дена, который уже вовсю обменивался приветствиями, будто не он вчера провоцировал Макса на ссору.

Я изобразила самую искреннюю и радостную улыбку:

– Привет! А вы как тут оказались? – я вглядывалась в лицо Кэт, игнорируя Макса.

Та в свою очередь смотрела на меня, как на ничтожную букашку, и я уже думала, что она не снизойдет до ответа, но с удивлением услышала:

– Макс пригласил меня. У нас свидание. И мне не хотелось бы, чтобы его кто-либо портил.