Паучья Королева

 – Вот заработает у нас это заклинание, я тебе личный пирог испеку, чтобы это отметить!

– Жду не дождусь, – сказала Кара с уверенностью, которой на самом деле совсем не испытывала.

Ей вспомнился тот разговор, с которого всё началось. Папа, уже переставший быть Тимофом Клэном, но вынужденный по-прежнему притворяться им, пришёл, чтобы освободить Кару с Таффом из-под стражи. И за несколько бесценных минут, проведённых вместе, он успел рассказать своим детям важные сведения, которые узнал, пока в его теле обитал древний охотник на ведьм.

– Есть человек по имени Кверин Финдрейк, – говорил отец. – Он очень-очень стар – старше даже Тимофа Клэна, – и ему давно пора было бы умереть, но он жив. «Язычник, застывший во времени, прячущийся в своей башне Песочных Часов» – так описывал его Тимоф, что бы это ни значило. Я собирался… в смысле, Тимоф собирался вытрясти из этого человека нужные сведения. Он знает, где находятся четыре части гримуара принцессы. Тимоф был в этом уверен. Но, несмотря на это, он не особенно торопился встречаться с тем человеком.

– Тогда, наверное, он хороший человек, – заметил Тафф. – Правда же?

Папа стиснул плечо сына.

– Я думаю, что всё не так однозначно.

– Нам нужно с ним поговорить, – сказала Кара. – Если он сможет нам сообщить, где находятся части гримуара, мы сумеем спрятать их от Риготт. Но где же нам его искать?

– Это-то и есть самое сложное, – ответил папа. – Видите ли, башня Песочных Часов не обозначена ни на одной карте, потому что она находится не «где», а «когда».

– Ерунда какая-то, – смутилась Кара.

Папа пожал плечами.

– Мне тоже хотелось бы объяснить точнее, но я не уверен, что и сам Тимоф точно знал, что это означает.

Тафф обернулся к Каре, улыбаясь от уха до уха.

– Это же загадка! – радостно воскликнул он.

За эти два месяца они перебрали все возможные варианты толкования непонятной фразы. Что это за «час без удара» такой? Может, это означает, что в двери башни нельзя стучаться? Или, может быть, Кверин живёт там, где не звонят колокола?

Однако в конце концов они вернулись к загадочному описанию неуловимого старца как «язычника, застывшего во времени».

– Часы бьют в конце каждого часа, – говорил Тафф. – Если это «час без удара», получается, что он тянется бесконечно. Время остановилось. Так что всё, что нам надо, – это остановить время и оглядеться по сторонам.