Хьюго Касс: Наблюдая за смертью

 – Что случилось у фермера?

Глаза у Пауля вновь загорелись азартом, и на лице появилась искра счастья.

– У Топера совершенно не шёл урожай второй год подряд, и вот он решил помолиться Великому Горгу, чтобы тот ему чутка подсобил.

Внезапно Пауль разразился диким хохотом. Наблюдая за беспрерывным гоготанием, Хьюго постепенно тоже начал расплываться в улыбке и заражаться весёлым настроением. Возможно, Пауль так и продолжал бы смеяться, но его оборвал вернувшийся Джуд:

– Хорош ржать! Я решил вопрос, сейчас поедем.

– Да плевал я на этих вонючих свиней в жестяных банках! – продолжая ухахатываться, проголосил Пауль.

– О чём он говорил? – поворачиваясь к Хьюго, спросил младший брат, уже забираясь в повозку.

– О фермере Топере…

Лицо Джуда было спокойным лишь первые секунды, а затем и его уголки рта разъехались, обнажая широкую желтоватую улыбку. Не продержавшись и пары мгновений, он присоединился к хохоту, провоцируя всех остальных на ещё большее веселье.

– Да, история была забавная! – сквозь хохот проговорил младший брат.

– Может, мне кто-нибудь её расскажет уже?

– Да-да! Конечно! – заявил бордовый, как спелый помидор, Пауль. – Так вот… – продолжил он, но внезапно сорвался уже на дикий смех, перемешивающийся с хрюканьем и визгом. – Как говорят, в это же время ему молился старик Шарп, но совсем о другом! Он собирался пойти в публичный дом, чтобы тряхнуть стариной и решил для храбрости «пригубить на дорожку». Мне сказали, что его молитва звучала примерно так: «О Великий Горг, денег у меня не водится, поэтому выпить много нет возможности, так пусть же проберёт меня насквозь эта кружка грога!»

В это время Джуд перешёл на такой сильный смех, что его начало трясти, а руки не могли удержать вожжи.

– В итоге получилось так, что легкомысленная дама понесла от старика семерых за раз, а у фермера уродилась необычная морковка, от которой могло снести с ног даже заядлого пьянчугу. Топер так обожрался этой моркови, что обрыгал половину города в оранжевый цвет, а сам споткнулся и рухнул в колодец, где и помер.

Хьюго приостановил смех на секунду и серьёзно взглянул на братьев, поражаясь тому, над чем смеются оба. Только вот сам не удержался и продолжил ржать, как конь.

– Так потом же все пьяницы собрались на его грядке и сожрали весь урожай… О Великий Горг, что же там творилось… – начал Джуд.

– Страшно представить, – хлопая по колену, произнёс Хью сквозь слёзы.