Выжить в лесу Междумирья

 – Музы тебя не бросят, к кому еще им в этом лесу прилетать? А ты, Коля, молодец – только смотрел и плакал, и не побежал туда, мне даже не пришлось тебя царапать.

– Тимоха, я догадываюсь, что это такое кино по заявкам. Мне бы очень хотелось киномеханика увидеть и поблагодарить хотя бы какими-нибудь словами.

– Он слушать не будет. Кажется, у него даже ушей нет. Но подразнить можем, если хочешь.

– Коля не хочет, – сказал щегол.

– Почему же? – возразил Николай. – Мы никуда не торопимся. Меня, например, никто не ждет, а здесь интересно.

– Чирок, ты глаза закрой и клювик в перышки спрячь. Я скажу, когда чудо-юдо обратно под землю залезет… Коля, если ты на него разок полюбуешься, то потом будет уже не так опасно кино смотреть. Леший иногда даже специально приходит – сядет вон на тот пенек, нога на ногу, и смотрит, ухахатывается, слезы от смеха не успевает вытирать.

– Чив-чив! – заволновался щегол. – Тимофеюшка, друг, ты только сам не дразни чудо-юдо! Мы знаем, что ты очень ловкий и везучий, но, может быть, прелестная богиня удачи сейчас пытается помочь какому-нибудь совсем пропащему бедолаге в другом лесу и быстро не вернется, поэтому сегодня не надо наглеть.

Николаю идея понравилась, и он завертел головой в поисках подходящего камня.

– Леший камни за пеньком прячет, – сказал кот. – Думаю, он не обидится, если мы один возьмем. Даже если он их считал, то уже вряд ли помнит, сколько там было.

Николай подошел к пеньку, присел и молча посмотрел на акации. Кот потерся о его сапог.

– Скоро чудо-юдо опять начнет кино показывать, но ведь ты не леший, тебе смешно не будет.

– Коля, музы очень быстро шепчут мне: «Подразните чудо-юдо и катитеся отсюда!»

Николай поднял камень, переложил его несколько раз из руки в руку.

– Мне хочется бросить, но ведь там Вера была.

– Я понимаю. Хорошо, теперь смотри! – заурчал кот.

– Чив-чив-чив! – отчаянно защебетал щегол, но было уже поздно.

Как рыже-белый стелющийся огонь мчался Тимофей к зарослям акаций, в паре метров от них повернул, почти не снижая скорости, и попытался ускользнуть от вздыбившейся под ним земли, от посыпавшихся на него комьев. Из-под земли поднялась в рост человека распахнутая пасть, напоминавшая ковш экскаватора, но значительно больше – она могла бы проглотить легковой автомобиль.

Николай вскочил, от испуга ноги у него подогнулись, как у старика.