Мэтт между строк

Также Картонный Финн будет присматривать за мной, пока я сплю. Мы выделим ему место за обеденным столом, а еще у меня есть чувство, что он сможет оказать мне помощь с домашним заданием по истории. – Она наклонилась к фигуре, приложив ухо к губам на фотографии. – Ой, – хихикнула она. – Он говорит, что пришел мне на помощь, как сделал бы настоящий Финн. Это очень любезно с его стороны. Мэтт, я считаю, это высшее воплощение символизма. Картонный Финн будет рядом со мной как заместитель моего настоящего брата.

– Я твой настоящий брат! – Мэтт слышал, что его голос срывается на крик. – Я настоящий! Я рядом!

– Я… Я… Я знаю, Мэттью. Я не имела в виду…

Мэтт решительно подошел к картонной фигуре и схватил ее обеими руками. Селеста сошла с ума. Эта штука сейчас же отправится на помойку.

– Нет! НЕТ! Мэтти, не надо! – Селеста схватила Мэтта за руку и уперлась ногами в пол. – Он мне нужен!

– Ничего подобного. Я не дам тебе сотворить такое с собой. И с родителями тоже. Я выброшу эту чертовщину.

Он уже почти добрался до выхода, когда вдруг услышал звук, который заставил его замереть на месте. Селеста издала вопль, полный муки и скорби. Мэтт ощутил, как его накрывает тошнота, и закрыл глаза. Раздался глухой звук – Селеста упал на пол, – за которым последовал еще один нечеловеческий вскрик.

Селеста лежала на полу, свернувшись калачиком и задыхаясь от слез.

– Мы не можем оставить это в доме! Это не нормально, Селеста. Ты не имеешь права так с нами поступать! Я не дам тебе это оставить!

Мэтт понятия не имел, как ему удавалось произносить хоть какие-то слова. Его мысли путались, а звон в голове заглушал остатки логики. Он сморщился: Селеста ударила кулаками по полу.

Мэтт сделал несколько шагов по направлению к ней, когда она вдруг бросилась на него и, толкнув в грудь своими кулачками, попыталась протиснуться мимо и добежать до Картонного Финна. Мэтт догнал ее у входной двери и, не отдавая себе отчета, схватил за талию, чтобы она не смогла прикоснуться к нелепой картонной фигуре.

– Забудь об этом. Считай, что ничего не было. Все закончилось.

– Мэтти! – завопила она сквозь слезы.