Дыши со мной

Возвращает вкус к жизни. Держит в тонусе.

– Моя жизнь и без купания нагишом требует от меня слишком много внимания, благодарю.

– Технически я не был бы обнаженным, так как собирался что-нибудь на себе оставить.

Перед глазами вспыхивает образ Криса в одних облегающих боксерах, и мне понадобилось время, чтобы прийти в себя. Я стараюсь изображать беззаботность, следуя за Крисом.

– Ты учишься? – спрашивает он.

Я киваю.

– Где?

– Выпускной курс в Мэттьюсе.

Он останавливается, и я чуть не врезаюсь в него.

– Я тоже. Почему я тебя не знаю?

Достаточно, что такой разговор уже был сегодня, но с Крисом обсуждать это казалось еще хуже.

– Я перевелся сюда в прошлом году, – продолжает он, – но, кажется, не встречал тебя. Ты что, на индивидуальном обучении и никогда не покидаешь своей комнаты в общежитии?

Я ничего не говорю.

– О боже, на самом деле ведь все не так? Прости. Ужасно получилось. Я просто хотел пошутить.

– Что? Нет! Разумеется, я хожу на обычные занятия. – Он отступает в сторону, а я прохожу мимо и продолжаю идти.

Возможно, я больше не хочу.

Крис снова забегает вперед меня.

– Прости! Иногда я ношусь с бешеной скоростью и упускаю детали. Упускаю людей.

– Может быть, в траве найдутся хорошие камни. – Я поднимаюсь по небольшому склону. – Пойду, проверю.

– Ох. Ладно.

Несколько минут мы молча собираем камешки, а я придумываю оправдания, чтобы уйти. Очевидно, я испортила весь разговор. Который мне не стоило начинать, учитывая, что у меня до идиотизма мало практики даже в банальном общении. Я пытаюсь подбодрить себя. Возможно, здесь сработает пресловутый закон езды на велосипеде? Если продолжить, то могу вспомнить, каково это – снова вести себя как обычный человек? Раньше у меня хорошо получалось.

– Эй, Блайт, – зовет Крис. – У меня тут целая кучка подходящих. Спускайся, поищем еще, и сможешь показать, на что ты способна. – Его голос глубокий и мужественный, но в каждом слове я слышу тепло и участие. Это успокаивает меня и переворачивает сознание больше, чем те события четыре года назад.

Четыре года. Господи, я была такой четыре гребаных года? Я начинаю задаваться вопросом, что же я упустила. Кого упустила. И мгновенно впадаю в ярость.