Благоразумная секретарша

Фин каждые пять минут выходил из кабинета и о чем-то спрашивал: то как отправить факс с компьютера, то где взять степлер, то какова дата отъезда в Камерун.

– Вы могли бы сказать по селектору, нет никакой необходимости каждый раз приходить лично, – раздраженно сказала я, когда Фин в очередной раз появился в дверях.

– Мне проще выйти. Не могу долго сидеть на одном месте.

Он взял со стола пару карандашей и стал вертеть их в руках.

– Почему бы вам не пойти прогуляться?

Я взяла у него из рук карандаши, положила в ящик стола и продолжила копировать документы.

– Странно от вас это слышать. Только что звонил мой продюсер. Мы опять летим в Перу, чтобы закончить съемки программы. Меня не будет двенадцать дней.

Он взял со стола степлер и протянул его мне, как микрофон.

– Вы будете по мне скучать?

– Честно? Нет.

Я взяла степлер, положила на стол и посмотрела на часы. «Начало первого, уже скоро».

– Вы пойдете обедать? – поинтересовалась я.

– Даже не знаю, может быть…

И тут зазвонил телефон.

Это была мама. Только этого не хватало!

– Я должна тебе сообщить, что сегодня открывается новый галактический портал, – начала она возбужденно.

Я люблю маму, но иногда я не верю, что мы родственники. Всегда подозревала, что в больнице что-то напутали или я родилась в коммуне, где вместе с моей матерью рожало бог знает сколько женщин. При этом вокруг толпы людей танцевали, пели и бренчали колокольчиками. На ее месте я выгнала бы всех и предпочла остаться в такой момент в тишине и покое.

– Отлично, ма, я не могу сейчас разговаривать…

Но она уже рассказывала мне о какой-то церемонии, на которой была прошлым вечером, что-то о чакрах и ангелах.

– Такой незабываемый духовный опыт! Необыкновенные энергетические волны! Ты их не чувствуешь?

Мне хотелось биться головой об стол.

– О нет. Мне сейчас не до этого.

– Это потому, что у тебя закрыт доступ к космической энергии, дорогая. Ты работала с кристаллом, как я тебя учила? Любовь должна струиться….

– Да, да, я буду, – перебила я маму, поглядывая на часы.

Время, которое все утро тянулось еле-еле, вдруг опомнилось и понеслось с невообразимой скоростью.