Терапевтические сказки в коррекционной работе с детьми

Когда долго к чему-то стремишься, то обязательно это получаешь. И вот прошло какое-то время, у ежика выросли крепкие колючие иголочки. Гордо растопырив их, он пришел к ребятам.

– Ну-ка принимайте меня играть, – сказал он, – только, чур, я буду главным.

Но ребята, увидев ежа в новом облике, сильно испугались и разбежались по своим домам.

А на следующий день все тоже приобрели себе иголочки и уже щеголяли в новом наряде. А ежику его иголки пользы никакой не принесли. Все ребята умели отлично пользоваться колючками, но не делали этого – зачем делать другому больно?

– Нет, будет мне все-таки от иголок польза, – решил ежик.

Пошел он в лес, на все свои колючки нанизывал припасы и пришел к ребятам. Повернулся он к ним вкусной спинкой и весесо сказал:

– Угощайтесь!

Удивились ребята, но уж очень хороши были ежиные припасы.

– А ведь и мы сможем с колючками много принести, – обрадовались они. – Спасибо, ежик, что надоумил нас колючими стать.

С тех пор понял ежик, как колючки для пользы использовать. А ребята его каждое утро с нетерпением во дворе ждут.

Аварийный автомобиль

– Опять авария. Опять кого-то стукнул. Разбил стекло, зеркало. Поцарапал краску, помял кузов, – так выговаривал автомобилю механик в автосервисе. – Сколько можно чинить тебя и машины, которые ты разбил?

– Я нечаянно. Я не хотел. Это они виноваты, – оправдывался автомобиль.

Действительно, он почему-то не мог спокойно ездить по улицам, а все время бил – чужие машины, фонари, заборы. И никакие наказания милиционеров на него не действовали, потому что происходило это не по его воле. Когда он ездил, внутри него появлялся непонятный страх, в котором он сам себе не мог признаться. Ведь в жизни его нельзя было назвать трусом. А в душе его было как-то неспокойно, словно он ожидал нападения на себя неизвестно откуда. И чего он ожидал, то с ним и происходило.

– Что у тебя в голове, то и в жизни с тобой происходит, – сказал ему случайный пассажир, которого он подвозил домой после закрытия метро.

После очередной сильной аварии он вдруг вспомнил слова ночного попутчика.

– Не хочу я больше никого бить, – решил он. – Буду представлять себе свою жизнь без аварий.

Но, видимо, слишком уж часто ему в них побывать пришлось.