Она со мной

– Ты видела это?

– Мне и не пришлось! Все только об этом и болтали наперебой. Что произошло? Ходили слухи, что ты забрала документы и переехала в Антарктику, боясь его мести.

– Брось, я не боюсь этого засранца. Он меня раздражает? Да. Бесит? Да. Но пугает? Нисколько, – отвечаю я.

– Я думаю, мы с тобой подружимся. – Девушка улыбается мне. – Кстати, меня зовут Шарлотта, и нет, ты не можешь звать меня Чарли. Шер? Да. Но я не парень – никогда не зови меня Чарли.

– Амелия, – смеюсь я.

– Дай мне посмотреть твое расписание. Может, у нас еще какие-то уроки вместе! – взвизгивает Шарлотта. – О, у нас химия третьим уроком, а потом мы можем пойти на обед!

– Звучит заманчиво. – Впервые за долгое время я искренне улыбаюсь и пытаюсь заглушить эхо маминого голоса, напоминающего мне, что я не должна заводить друзей.

В класс входит мужчина лет сорока и ставит портфель на учительский стол. Начинается урок – болтать мы больше не можем.

После первого урока, пообещав очень энергичной Шарлотте, что сяду с ней на химии, я оказываюсь за партой ближе к доске – на математике.

Я так взволнованна! Будет так интересно!

Сарказм. Это был сарказм.

Со звонком в класс залетает придурок собственной персоной, разговаривая с парнем с темными, почти черными волосами. Это четвертый персонаж из компании ходячих деревьев.

Ни Эйден, ни его друг меня не замечают и садятся за парты в конце кабинета. Сползая вниз по стулу, я молюсь, чтобы пережить эту предписанную пытку, не попадаясь Эйдену на глаза.

Урок проходит без проблем: мои молитвы услышаны. Я уже минут десять хочу убраться из этого кабинета, так что быстро заталкиваю вещи в рюкзак. Однако спешка не пошла мне на пользу: тетрадь падает на пол.

– Черт, – бурчу я под нос.

Я вот-вот собираюсь схватить ее, но чья-то большая рука успевает поднять ее раньше. Я встаю и упираюсь лицом в грудь Эйдена, до мурашек красивого.

Не в силах разгадать выражение его серых глаз, я забираю тетрадь. И хотя я не свожу с него взгляда, сопротивления, к своему удивлению, не встречаю. Я просто стою и смотрю на него с вопросом в глазах, пока наконец не поворачиваюсь и не выхожу из кабинета, чтобы отправиться на химию.

Это было странно.