Формула идеального мужчины

– Пожалуйста, скажи, что сейчас не последует фраза «И вот тут появляешься ты», – произнес он глухим голосом.

– И вот тут появляешься ты, Макс, – подтвердила Аллегра.

Он смотрел на нее с недоверием. Аллегра улыбалась.

– Ты ведь шутишь?

– Только подумай: ты же идеальный кандидат. В настоящий момент у тебя нет подружки… и честно говоря, не появится, – добавила она, не в силах сдержаться, – пока ты не избавишься от этой рубашки поло.

Макс нахмурился:

– Оставь в покое мою рубашку. Эмма не имела ничего против нее.

– Может быть, она просто никогда не говорила этого. – Аллегра ткула пальцем в Макса. – Дело в том, Макс, что эта рубашка говорит о том, что тебе лень сделать над собой усилие. Боюсь, Эмма была слишком вежлива, чтобы указать тебе на это.

Макс сжал зубы.

– Ради бога, Аллегра! Она удобная. С каких это пор комфорт стал уголовным преступлением?

– Полно других удобных неполосатых рубашек, которые не застегиваются под самым горлом, но ты их не купишь, потому что это означает перемены, а меняться тяжело, – заметила Аллегра.

Закрыв глаза, Макс глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

– Аллегра, я понятия не имею, о чем ты говоришь, – ответил он.

– Почему Эмма разорвала помолвку? Держу пари, потому, что ты был не готов прилагать усилия, не так ли?

– Нет, не так, – наконец не выдержал Макс. – Если хочешь знать, она встретила другого мужчину.

– Эмма казалась такой милой, – неуверенно произнесла Аллегра, – никогда бы не подумала, что она изменяет тебе.

– Она и не изменяла, – выдохнул Макс, – она была очень честной. Сказала, что встретила человека, который работает на одного из наших клиентов, и не хочет спать с ним, пока не скажет мне, какие чувства он в ней пробудил. Он заставил ее понять, что в наших отношениях больше нет страсти.

– У-у-у.

– Страсть! Что, черт возьми, означает страсть?

– Ну, я полагаю… это сексуальная химия, – предположила Аллегра. Она колебалась. – Значит, причина крылась в спальне?.. – Она деликатно замолчала.

– Там все было хорошо! Или я так считал. – С горечью поправился Макс. – Я любил Эмму и думал, что она любит меня. Нас интересовали одинаковые вещи. Мы были друзьями. Пожениться предложила она, и я не видел никаких оснований для того, чтобы возражать.