Господин Осень

Художник улыбнулся:

– Рад, что тебе понравилось. Но картина еще не окончена, осталось дописать дальний пейзаж.

Девушка взглянула в серые глаза, аккуратно скользящие меж осенних штрихов картины, и отступила на шаг назад, обратив взор на реку.

– А можно вас попросить изобразить тот дом на другом берегу?

Незнакомец тоже обернулся на заболоченную топь. Стоячая вода, обросшая камышами и рогозом, не колыхалась даже под натиском ветра. Вдали, сквозь сумеречную пелену вечернего смога, прорезался маленький деревянный домишко, угнездившийся в беспорядочных зарослях, точно спрятавшись от любопытного суетного мира.

– Понравился?

– Очень, – с жаром кивнула девушка. – Он словно… ждет меня.

– Думаю, он отлично дополнит картину и, возможно, подарит твоим грустным глазам надежду на перепутье, – согласился художник.

– Спасибо вам.

– За что? – Незнакомец утрамбовал планшеты в огромную сумку и принялся складывать мольберт.

– За то, что подарили надежду. – Помолчав, она добавила: – Я Марго, кстати.

– Жемчужина,[1 - Имя Маргарита в переводе с греческого языка означает «жемчуг», «жемчужина»;] – задумчиво повторил он. – Красивое имя.

Он сказал это так легко, как обычно говорят о погоде или иных насущных вопросах, – без какого-либо смятения, без намерения снабдить комплиментом или прочей глупостью. Просто сказал, что сказал, и в любой другой момент, будь на его месте тривиальный парень, Маргарита бы заробела, каждой клеткой тела чувствуя приток крови к щекам.

– Что ж, господин Осень. – Маргарита с улыбкой посмотрела в загадочные серые глаза. – Мне пора домой. Я уезжаю завтра. Учусь в другом городе, а здесь бываю только на выходных.

– Вот как. – Художник уже спрятал инструменты своего ремесла в сумке и обмотал шею легким шарфом в тон своих глаз.

Марго была рада услышать эти слова. Спрятав руки в карманах пальто, она еще раз улыбнулась ему на прощание, а затем зашагала в обратном направлении, откуда прибыла в укромное, скрытое ото всех, тихое место. Под неспешной поступью шелестела желто-красная листва – еще свежая, не запачканная проливными дождями.