Сказка о муравье

Когда плавал он в эскадре с лицензией потентата по всему Майо Гра на своей «Свирепой Ехидне», добыл с ньольских кораблей баснословные богатства, которые, разумеется, полагались потентату. Свою долю отец получил, однако была она меньше заявленной в пять раз, поскольку часть добычи внезапно перепала церкви, пытавшейся контролировать тогдашнего потентата. Старый правитель в итоге скончался от неизвестной болезни. И именно в ту пору рыцари Струн начали показывать людям разные трюки с пылающей водой, дождями посреди зимы и прочее.

Странное совпадение, не так ли? Однако никто из них совсем не рвался применять свою силу «на благо всего народа», да и сейчас что-то не горит желанием.

Ланцо покачал головой.

– Мой добрый Фиаче, ты только что отправлял меня к мальпранскому гранду, чтобы я немедленно готовился в рыцари Струн, а теперь клянёшь их и поносишь церковь, благо нас никто не слышит.

– Я всего лишь боюсь, что ты разочаруешься, – буркнул Фиаче, скрестив руки на груди. – В мире полно лжи и жестокости, но тебя они касаться не должны.

Ланцо встал. Он спустился на три ступени и обернулся, взглянув на Фиаче.

– Именно против лжи и жестокости мы боремся, друг мой. Нельзя бороться с ними, не соприкасаясь, не ранив своих рук.

С этими словами он сошёл с лестницы и, слегка углубившись в волнующийся людской поток, догнал и тронул за плечо прохожего.

– Отец Дуч.

Священник оглянулся.

– А, Ланцо! – воскликнул он скорее боязливо, чем удивлённо. – Благословенны будни твои.

– Благословенны, святой отец, – склонил голову Ланцо.

 – Вы не сильно торопитесь? У меня кое-что есть для вас.

Священник растянулся в благодушной улыбке, сморщив лоснящееся под солнцем розовое лицо.

– Слушаю тебя, сынок.

– Идёмте к фонтану.

– Ох, – отец Дуч бросил тревожный взгляд на бандитское сборище, гогочущее на ступенях у воды. Отказаться он не посмел. – Коль надо, так идём.

Он замахал рукой трём монахам, застывшим поблизости с большими корзинами, полными снеди, и те двинулись дальше без него, постоянно оглядываясь на своего настоятеля.

Тот семенил за Ланцо, притворно мешкая, отдуваясь и перекладывая из руки в руку корзину с какими-то пирогами. Фиаче вышел к ним навстречу, недобро поглядывая на священника.

Братия Ланцо поднялась как по команде и окружила их у лестницы. Священник нервно сглотнул, косясь по сторонам, однако Ланцо невозмутимо продолжил их разговор.

– Как дела в приюте, отец Дуч? Как дети?

– Потихоньку, Ланцо, помаленьку, – бормотал тот.