Сказка о муравье

Невероятное для своих лет самообладание являл Ланцо каждым жестом и взглядом, его полная уравновешенность, обычно столь несвойственная порывистым юношам на пороге взросления, производила на его соратников сильнейшее впечатление.

Не слыхали они от него ни грубого окрика, ни оскорбления, ни бахвальства, ни властной бравады. Он всегда был спокоен и вежлив, можно было подумать, ярость и страх вовсе не свойственны ему, миролюбивому существу, однако в его глазах всегда явственно читалась странная для его возраста проницательность, которая тревожила, казалось, не только окружающих, но и его самого.

Ни капли притворства не таилось в его взгляде. В его присутствии стыдно было лгать, и верные приспешники Ланцо даже не пытались юлить перед своим диковинным главарём.

Сам главарь порой немало озадачивал их своими наблюдениями и лишь один Фиаче осмеливался на расспросы, порой не без раздражения.

– Одиннадцать, – сказал Ланцо, глядя куда-то вдаль на другой конец рынка.

– О чём ты? – протянул Фиаче, пытаясь разглядеть, что он там увидел.

– Одиннадцать малолетних оборванцев крутились около фонтана, когда я шагал по нему. Этих детей я видел прежде, они всё так же безобразно одеты.

Фиаче разочарованно фыркнул.

– Что нам с того?

– Брошенные дети – злосчастье общества, Фиаче.

Тот промолчал, скривившись, и пожал плечами.

– Гляди, они роются в корыте с гнилыми овощами, – продолжал Ланцо. – Они едят эти помои.

– А ещё они ржут и швыряются ими, – брезгливо заметил Фиаче.

– Детям надо играть, – усмехнулся Ланцо, – где бы они ни жили, что бы они ни ели.

– У всех свои игры, – рассеянно закивал Фиаче. – Что ж поделать.

– Будь я рыцарем Струн, я обратил бы это гнильё в свежие овощи.

– Тогда тебе пришлось бы только этим и заниматься, – рассмеялся Фиаче, хлопнув Ланцо по плечу. – А на все голодающие утробы времени и сил не напасёшься. А они бы ещё и недовольно топали ногами, требуя чистых панталон да чистой воды.

– Я очистил бы речные воды! – радостно воскликнул Ланцо, взмахнув руками. – Я засеял бы бесплодные степи хлебами! Я обратил бы Помоище в дивные сады.

– Ты витаешь в облаках, – вздохнул Фиаче.

– Вовсе нет, – улыбнулся Ланцо. – Дон Моген учил меня не отступать от своих чаяний, и бережно хранить душевные устремления, чтобы не забывать своей цели. Путь в рыцарский орден Пяти Струн непрост, и важно не потерять себя по дороге.

– Болван твой дон Моген.