Трое на четырех колесах

Ох уж эти женщины!

Мы совсем недавно вернулись из свадебного путешествия, но оно было непродолжительным, и мы решили провести время на яхте вдвоем. И слава богу, что так решили!

В понедельник мы выехали. Туалеты были готовы в срок. Не помню, в чем была Этельберта, но выглядела она превосходно. На мне же был эффектный темно-синий костюм, отороченный узким белым кантом.

М-р Гойлз встретил нас на палубе и отрапортовал, что обед готов. Должен заметить, что с обязанностями кока он справлялся великолепно.

План мой был таков: как только команда пообедает, мы поднимаем якорь; я закуриваю сигару, мы с Этельбертой облокачиваемся о фальшборт и смотрим, как белые скалы отчизны тают на горизонте. Свою часть программы мы с Этельбертой выполнили и стали ждать. Поднять якорь, однако, никто не спешил.

– Что-то они долго копаются, – заметила Этельберта.

– За четырнадцать дней, – сказал я, – им предстоит прикончить хотя бы половину всех припасов. Естественно, обед у них затянулся. Но лучше их не торопить, а то они не осилят и четверти.

– Скорее всего они пошли спать, – предположила Этельберта немного погодя. – Уже пора пить чай.

Они определенно не спешили. Я прошел на ют и позвал м-ра Гойлза. Звать пришлось трижды, и лишь после этого он чинно поднялся на палубу. За то время, что мы не виделись, он как-то постарел и обрюзг.

– Доложите, когда вы будете готовы, капитан Гойлз, – процедил я. – Мы выходим в море.

Капитан Гойлз вынул изо рта окурок:

– Простите, сэр, но сегодня ничего не выйдет.

– Почему? Чем вас не устраивает сегодняшний день? Как известно, моряки – народ суеверный, а понедельник – день тяжелый.

– День как день, сэр, – ответил капитан Гойлз, – только вот ветер мне что-то не нравится. Не похоже, что он переменится.

– А по-моему, ветер дует как раз туда, куда нам надо.

– Вот-вот, – сказал капитан Гойлз. – Это вы правильно выразились: «куда нам надо». Все мы там будем, но спешить не стоит. А если мы выйдем в море при таком ветре, то очень скоро там и окажемся. Понимаете, сэр, – пояснил он, заметив мое недоумение, – это, по-нашему, береговой ветер, то есть дует он вроде как с берега.

Поразмыслив, я пришел к выводу, что Гойлз прав: ветер и в самом деле дул с берега.