Истерлинги

Там близость Булгара и частые, то торговые, то грабительские столкновения с подданными кагана создают причудливую смесь верований, обычаев и традиций. Одежда ее представляла собой нечто среднее между нарядом залесской крестьянки и булгарской наездницы. Короткая замшевая куртка, зашнурованная спереди, такие же брюки, плотно облегающие ее бедра, а поверх этого была надета теплая накидка, типа плаща, без рукавов и застежек.

Бренн вдруг поймал себя на том, что несколько последних минут не сводит с неё глаз.

Тем временем девушка провела рукой по струнам, маленькой мандолины.

Ее голос и мелодия песни полетели под низкими сводами корчевни, очаровывая слушателей. Покачиваясь в такт музыки, она буквально околдовывала зал своим пением. Столько во всем этом было призыва, желания, и какой-то безумной тоски и любви, что затихли даже пьяные наёмники. Песня кончилась, и воцарилась тишина. Пес, с шапкой в зубах, обошел слушателей, собирая монеты.

– Пойдем со мной! – нетрезвый верзила обнял певунью, попутно ощупывая изящную фигурку девушки.

– Пусти! – в руке певицы блеснул тонкий нож. Наёмник отскочил, зажимая ладонью окровавленную щеку.

Его товарищи угрожающе поднялись с мест, и, грязно ругаясь, направились в ее сторону. Девочка, с ножом в руке, прижалась спиной к стене, пес у ее ног зарычал, оскалив зубастую пасть. В дальнем углу затихли купцы с охранниками. Товар в безопасности значит, вряд ли они будут вмешиваться. Корчмарь со служанкой тихо выскочили через заднюю дверь.

Пес скалился и рычал глухим, утробным рыком. Девочка в углу затравленно озиралась.

«Их десять, – считал ант, – Если напасть сзади двух трех можно уложить сразу, один псу, итого шесть и все на мою задницу. Многовато».

– Мужики, давайте выпьем и успокоимся! – подал Бренн голос.

– Не лезь пацан, а то тоже получишь! – прошипел лысый крепыш, поигрывая огромным тесаком.

– Получу!? А ты дядя ничего не попутал?! Это ведь тебе не по старушечьим карманам лазить. Тут и огрести ненароком можно!

Нападавшие на мгновение остановились и четверо из них направились в сторону анта.

«Забавно, язык у меня всегда впереди моей смелости, но драки не избежать значит надо разозлиться».

Нож, рассекая воздух, пронесся на волосок в стороне от молодого воина и с грохотом застрял в стене за спиной. Его хозяин тут же получил кувшином по голове. В руке у Бренна уже был меч. Нападающие в нерешительности остановились.

«Не дать опомниться.