В неге чувственного тумана

Она почти чувствовала тепло, исходящее от его кожи.

Вдруг ей захотелось рассказать ему обо всем. О том, чем она не делилась даже с Хейли и Тесс. Ее подруги думали, что Лола несгибаемая и выносливая, и не догадывались, какой страх она испытывала, приехав в Нью-Йорк после разрыва с Родриго. Она выбрала этот город в отчаянном и безнадежном стремлении оказаться поближе к своим младшим сестрам, единственным родственникам, которые у нее остались. Но потом испугалась встречи с ними.

Во время беременности Лола все время думала о Родриго.

Но она не стала звонить ему, потому что человека, которого она хотела видеть рядом с собой, которого она полюбила, не существовало.

Когда Родриго поднял глаза и посмотрел на Лолу, у нее перехватило дыхание. Но потом его взгляд снова стал непроницаемым.

– Тебе следовало рассказать мне.

– Я не могла, – прошептала она.

– Я его отец.

При звуке его низкого, резкого голоса малыш беспокойно заворочался в кроватке. И тогда Лола прижала палец к губам и поспешно вытолкала Родриго из спальни. Она осторожно закрыла за собой дверь и сердито посмотрела на него.

– Ты хочешь быть отцом? Тогда тебе следует запомнить правило родителей номер один: «Не будить ребенка!»

Родриго оглянулся по сторонам.

– Кажется, ты говорила, что он растет в хороших условиях.

– Это чудесная квартира, идиот!

– Ты могла бы попросить остановиться в моих апартаментах в Сохо.

Лола чуть не задохнулась от злости, услышав его слова.

– Ты вышвырнул меня из своего дома. Сказал, что презираешь меня и больше не хочешь видеть никогда в жизни! И ты считаешь, что после всего этого я могла обратиться к тебе за помощью? Да я бы лучше умерла!

На ее глаза набежали слезы, и она изо всех сил сдерживалась, чтобы не расплакаться.

Выражение лица Родриго изменилось, и он подошел к ней поближе.

– Тебе больше не придется просить ни моей помощи, ни чьей-то еще. Потому что, если анализ ДНК подтвердит, что он мой сын, я женюсь на тебе.

– Что? – растерянно выдавила она, не понимая, то ли ее обуял ужас, то ли это была… радость.

– Ради сына, – впился в нее взглядом Родриго. – Ты будешь моей.

Пережив три разорванные помолвки, Родриго больше не собирался делать предложений. Его юношеские мечты о любви, семье и доме так и остались мечтами.