О цензуре

Когда министерство народного просвещения не имеет ни права, ни повода вмешиваться в дела, распоряжения и решения других ведомств, каждое министерство полагает, что имеет право и повод вмешиваться в дела министерства народного просвещения и протестовать против распоряжений его по части цензуры. Общество с разноречивыми своими убеждениями и мнениями, предубеждениями и заблуждениями, также делается гласным судиею важного цензурного действия. Всем угодить, согласовать все различные мнения и суждения дело не только трудное, но и невозможное.

Тем более оно невозможно в деле цензуры, которая руководствуется более общими правилами, нежели буквальными постановлениями и не имеет на каждый случай готовой статьи в Своде Законов, чтобы сослаться и опереться на нее. За неимением всегда под рукою данных, чтобы судить вкривь и вкось о распоряжениях других министерств, наше общество вымещает свое обиженное любопытство на министерстве просвещения. Те же лица, которые за несколько лет пред сим разносили по городу анекдоты, часто с преувеличением и искажением истины, о неблагоразумных строгостях цензуры, ныне также охотно и усердно, и с тою же часто необдуманною ревностью, разглашают о неблагоразумных упущениях, снисхождениях и вредных послаблениях цензуры. Таково общее затруднительное и едва ли не безысходное положение министерства народного просвещения в деле цензурном. В нынешних обстоятельствах эти затруднения еще многосложнее и обширнее. Правительство признало пользу и законность этих благонамеренных стремлений: стремлений изучить себя, изучить свое время, изучить новые государственные и общественные потребности, которым само правительство указывает путь и цель. Попечительное о благе России правительство, желающее укоренить у себя просвещение умственное и нравственное, которое должно быть нераздельно, не могло поступить иначе. При таковых обстоятельствах дело цензуры становится еще затруднительнее, и ответственность министерства возрастает с каждым днем. При возбуждении новых интересов, при расширении горизонта, цензура, еще не совершенно ознакомившаяся с ними, еще не наученная опытом, не успевшая определить постоянных и законных рубежей, должна неминуемо сбиваться иногда с пути и заблуждаться. Упущения, промахи цензуры всегда бывали в те времена, когда действия её были гораздо ограниченнее, нежели теперь. Встречаются они и ныне и должны встречаться чаще, потому что внимательность цензуры развлечена и раздроблена множеством предметов и вопросов прежде не существовавших.