Похититель невест

Когда появилась рыжеволосая стюардесса, он резко сказал ей:

– Мисс Линден устала. Отведите ее в спальню.

– В вашу спальню! – возмутилась Роуз. – Я так и знала, что здесь есть какой-то подвох. Вы…

– Я останусь здесь, – перебил ее он. – Вам нечего бояться. Идите отдыхайте. Мы приземлимся через несколько часов.

Оказавшись в небольшой спальне в задней части самолета, Роуз провела часть пути сидя в кресле и глядя в темноту за иллюминатором.

При воспоминании об объятиях и поцелуе Ксеркса по ее коже пробегали электрические разряды.

Ее губы все еще помнили жар его губ. Вопреки здравому смыслу его поцелуй доставил ей огромное удовольствие, и она ненавидела его за это.

Роуз попыталась заставить себя думать о чем-то другом. Должно быть, ее родные сейчас не находят себе места. «Пожалуйста, пусть Ларс позвонит в полицию», – мысленно взмолилась она, закрыв глаза. Она надеялась, что в аэропорту Греции их встретит целый отряд полицейских, который схватит Ксеркса Новроса и отправит за решетку, где ему и место.

Уютно устроившись под пледом, она начала придумывать всевозможные наказания для своего похитителя и сама не заметила, как погрузилась в сон.

Она вернулась к реальности, когда кто-то легонько потряс ее за плечо. Глаза ее распахнулись, и она огляделась, чтобы понять, где находится. Рядом с ней стоял Ксеркс.

Самолет приземлился. Снаружи по-прежнему было темно, но она увидела пустую взлетную полосу рядом с морем. Никаких сигнальных огней. Никаких полицейских.

Ее охватило разочарование.

Прищурившись, она отвернулась:

– Я не выйду из самолета.

Ксеркс протянул ей руку:

– В доме вам будет гораздо удобнее.

Сложив руки на груди, она холодно произнесла:

– Спасибо, но я останусь здесь.

– Неужели вы не хотите поговорить по телефону с вашим бойфрендом?

Слово «бойфренд» привело ее в ярость.

– Вы имеете в виду, с моим мужем?

Он фыркнул:

– Вы упрямая женщина.

Роуз устало потерла глаза. Ее родные должны узнать, что она жива и здорова.

Ей нужен этот телефонный звонок. Она снова посмотрела на своего похитителя:

– Вы можете дать слово, что не причините мне вреда?

– Я бы никогда не сделал больно женщине.

– Пленник имеет право на самозащиту, – предупредила его она.

– От вас я меньшего и не стал бы ждать.

В его взгляде больше нет ненависти и презрения.

В то же время между ними по-прежнему существует какое-то странное притяжение, которое она никак не может объяснить.